Камаэль (СИ)

Через несколько секунд в кабинет заглянул служка, глядя на начальницу стражи и её посетителей огромными глазами.

– Принеси нам вино. Что-нибудь покрепче. – Скомандовала Велиана и повелительным жестом отпустила служку, а оттого как ветром сдуло.

– Вот это другой разговор. – Удобно потянувшись, сладко вздохнул Аэлирн. – Не хочешь после этой неразберихи вернуться? Думаю, тёплое местечко найдётся.

– Мне нужно подумать, – качнула головой оборотниха, потирая переносицу пальцами. – Зачем я это делаю?.. Ох, чёрт с тобой, Павший. Что ты хочешь знать?

– Маршруты патрулирования замков, укреплений, дорог. Желательно, чертежи Беатора, ведь, насколько я знаю, его немного обновили, а так же Лар-Карвен. – Мужчина покосился на Лаирендила, стоящего рядом с мрачным видом и ничуть не разряжающего обстановку, а затем кивнул на второе кресло. – И желательно как можно быстрее – мы немного пошумели по дороге сюда. Думаю, Джинджер уже всё пронюхал.

– Пронюхал ещё до начала бунтов. Кошмары свели его с ума. Но ему никто не верил. Кроме Джерома. – Велиана зарылась в бумаги, принимаясь сосредоточенно ими шуршать. Меж бровей женщины пролегла напряжённая морщинка. – Он говорил всем нам, что вы вот-вот нагрянете с гостинцами. Все думали, что он просто подогревает безумие Императора, поэтому никто не обращал внимания.

– Мы пришли немного раньше, чем рассчитывали. – Так, словно бы это был изысканный комплимент со стороны Велианы, отмахнулся Аэлирн. Взяв со стола трубку оборотнихи, Павший принялся заправлять её собственным табаком под двумя неодобрительными взглядами. – И ещё один вопрос. – Вернувшись к бумагам, Велиана вопросительно приподняла брови. – Где Виктор? Где мой муж?

Женщина скривилась и замерла, прикрыла глаза. Павший оторвался от трубки и приподнялся на локтях, не сводя с неё перепуганного взгляда. Даже тонкий, пряный аромат табака теперь не мог помочь ему расслабиться.

– Он жив, – тихо начала женщина, пододвигая к Аэлирну несколько свитков, но Павшему было совершенно не до них теперь. Сердце его спотыкалось на каждом ударе, истерично билось в клети груди. – Но очень плох. После того, как вы умерли, он словно с ума сошёл, и Морнемир этому всеми силами способствовал. Искал способы разорвать связь между вами, насильничал над ним. Через год такой жизни Виктор в первый раз попробовал свести счёты с жизнью – выбросился из башни. Была куча переломов, сильное внутреннее кровотечение, но его спасли. Не знаю, правда, из жалости ли или из жестокости. С тех пор он вечно пытался сбежать или покончить с собой, но всякий раз Морнемир и его пешки успевали его “спасти”. А год назад пошли сплетни о том, что наш блистательный глава Дознавателей собирается “завести ребёнка” с Виктором. Пока что – безуспешно.