Кам

Вот интересно, да? С Камилем я запросто целовалась на бильярдном столе, а с Кокориным не сделала бы этого даже под дулом пистолета. К последнему я испытываю исключительно дочерние чувства, при том что разница в возрасте между ним и Камилем - всего два года.

— Чисто гипотетически, - интересуюсь я, отхлебывая кофе. — Если ради продвижения ресторана потребуется изменить меню - вы на это пойдете?

Кокорин задумчиво поджимает губы.

— Х-м-м, надо подумать.

— Объясню, почему спрашиваю…

Но объяснить мне не удается, потому что в дверь в этот момент стучат.

Игорь Станиславович бросает взгляд на часы и слегка морщится.

— Заболтался с тобой и забыл о встрече с Григорьевыми. — И говорит уже громче: — Войдите!"

"Через секунду моему ошеломленному взгляду предстает идеальная до оскомины Лика в очередном сногсшибательном платье. Рядом с ней топчется какой-то пузатый великовозрастный мужик.

— Здравствуйте, Сергей Андреевич, - Кокорин поднимается из-за стола и протягивает ему руку. — Лика Владимировна, рад видеть.

Лика, поздоровавшись с хозяином кабинета, переключает внимание на меня и, очевидно узнав, лучезарно улыбается своими белыми как снег зубами.

Я же снова не могу ответить ей тем же, ошарашено разглядывая кольцо на ее безымянном пальце. Григорьевы? Да этот толстопуз, похоже, ее муж!!

----------

Друзья, приношу извинения за задержку. Она связана с обстоятельствами моего здоровья. Писать буду по мере возможности. Если будет возможность делать это каждый день - проды будут выходить ежедневно

38

— Это тебе, моя дорогая подруженька, - нараспев говорю я, опуская на стол Диляры бумажный стакан капучино и щербатое печенье с шоколадной крошкой, купленное в кофейне за углом. Там его именуют кукис. — Не благодари. Это по большой любви.

— Дина, ты прелесть. - Притянув к себе кофе, она вдохновенно втягивает исходящий от него аромат и следом жалобно кривится: - Поделись настроением, а? Второй день порхаешь.

— А с твоим настроением что? — интересуюсь я, с удовольствием занимая свое рабочее место и включая компьютер. — Женя снова не пишет?

— Я его вообще не понимаю, - с готовностью тараторит Диляра, дождавшись того самого вопроса. — Один день пишет такие вещи, будто я самая большая любовь его жизни: скучаю, целую, спокойной ночи, а потом может пропасть без всяких объяснений. Вот и сиди, гадай, что это значит. Говорит, был занят. В смысле, настолько занят, что пары слов не мог мне черкнуть?

Мысленно я вздыхаю. Все как я и говорила. Отношения на расстоянии, а вернее затянувшаяся переписка ни к чему хорошему не приведут. У Жени во Владивостоке наверняка есть какая-никакая личная жизнь и такие «пропажи» вполне объяснимы. Не его проблема, что домоседка и отличница Диляра увидела в их общении куда больше, чем есть на самом деле.