Калямбра

Топтали и были всегда в готовности рвануть по «газону» Кольского и через 30 минут досконально изучить кипучую деятельность подводничков, славных гаджиевцев, по воплощению в жизнь круглосуточной задачи: превратить помойки в сад. Выскакивали несколько раз наши на продленном моторесурсе, пытались погонять нахалов, но моторесурс (собака!) не понимал того, что его продлили, вынуждал возвращаться. Потом разборка, мат, порка, латание дыр и новые попытки вытеснить за пределы этих гадов. Несколько раз поднимали авиацию. Устрашала. Нарушала международные соглашения о недопущении пролета над, и т. д. и т. п. Через МИД пришла «порка». Своим, естественно. Может быть, там были «цветные доказательства» бестолковости советских командиров субмарин. (Ну наверняка где-то у них есть и моя фотография на мостике «Азухи» – вот бы заполучить!) Что было у нас против них? Да ровным счетом ничего. Кроме извечного вахтенного журнала, карандаша, ручки и бессильной злобы. Мат. Кулак. Озлобившись, решили «вытеснять» американцев ясное дело кем – ОВРой (охрана водного района) в составе одинокого тральщика типа «Моторист».

В первый же выход «Моторист» задал им дрозда. Подошел к борту «Харлана» на расстояние плевка и как начал ему угрожать – у него там есть что-то, напоминающее пушку.

Беднягу «Моториста» (сто лет в обед) мучила отдышка, он чихал и кашлял, но демонстрировал непримиримость,!!!!!!!!!!неподкупнуто суровость, решимость умереть. Подействовало. С мостика «Харлана» свесился перепуганный американец.

Начал, сволота, протокольные мероприятия, «консенсуса» искал: «Хелло, командир! Судя по твоему возрасту, ты в возрасте своего тральщика, а уже капитан-лейтенант. Карьерист, наверное?»

«Слушай, командир, а кто это рядом с тобой суетится!» – «Замполит!» – отвечает командир «Моториста» с достоинством.

«А чем он у вас занимается?» – допекает американец.

«А хуй его знает! – хотел отбрить командир, но вовремя сдержался и ответствовал вполне дипломатично. – Тем же, чем и Ваш капеллан!» – «Что Вы говорите?» – удивился американец и предложил произвести «ченч» – замполита на капеллана.

Внутренне командир был готов к такому «ченчу» (думаю, что и замполит бы не возражал). «Протокольные» переговоры продолжались. «Харлан» и грозный «Моторист» шлепали бок о бок по «бордюру» тервод в сторону Кильдина и обратно до Кольского и Рыбачего. Через некоторое время «Харлан» навесил над мостиком «Моториста» небольшую стрелу с грузовой сеткой, в которой находилась какая-то внушительных размеров коробка.

«Командир, прими от нашего стола вашему!» Шок. Изумление. Мучительные колебания, а потом: «А-а и хрен с ним!» – принял решение командир, и дал распоряжение заму приготовить что-нибудь в ответ.