Кактус второй свежести

– Сколько оно стоит? – не отрываясь от чтения инструкции на какой-то коробке, осведомилась жена Дегтярева.

– Пятьсот рублей, но сейчас по акции и с моей личной скидкой в знак любви к вам вы заплатите в кассу четыреста семьдесят семь целковых.

– Берем, – решила Марина, – мне зубную пасту со вкусом и ароматом колбасы.

Я рассмеялась:

– Подаришь Дегтяреву?

– Он все время жалуется, что все для чистки зубов противное. Ментоловая паста ему язык щиплет, любая ягодная не имеет натурального вкуса, отбеливающая эмаль портит. Может, колбасная ему подойдет.

– Попробуй, – кивнула я, – у тебя телефон запищал, сообщение прилетело.

– Это от Сени, – объяснила Марина, глядя на экран. – «Вели Даше взять трубку».

Я вытащила свой мобильник и начала читать послания от Собачкина: «Когда вернетесь?», «Почему так долго?», «Есть новости», «Не спрашивай Дегтярева про костюм».

Я не успела удивиться последнему тексту, прилетел новый, на этот раз от Кузи: «Не напоминай Александру Михайловичу про пиджак с брюками». Затем свалилось фото.

Сначала я не поняла, кто запечатлен на снимке. Почему толстый коренастый дядечка нарядился в бриджи, плотно обтянувшие его не самые длинные и стройные ноги? Штаны не застегнулись на талии, над поясом нависал живот, чуть повыше пупка виднелась сорочка, у которой пуговицы тоже не пролезли в петли. А на торсе мужик был облачен вроде в болеро, но с кургузыми рукавами, которые едва достигали запястий.

И тут телефон зазвонил.

– Как тебе снимок? – осведомился Кузя.

– Это кто? – изумилась я. – Что он на себя надел? Этому индивидууму подойдут вещи на несколько размеров больше.

– На лицо посмотри, – велел Кузя.

– Одежда так прекрасна, что внешность ее обладателя значения не имеет, – засмеялась я, опять глянула на экран и… в ту же секунду поняла: на фотографии запечатлен полковник!

– Чего ты молчишь? – подал голос лучший друг Собачкина.

– Дегтярев померил пиджачную пару, которую давно не надевал, – осенило меня.

– Отлично сел прикид, – пробормотал Кузя и начал ржать, – полковник элегантен, как рояль. Александр Михайлович сам себя сначала в зеркале не узнал, спросил: «Что это за клоун?» Потом аж минуту молчал и начал возмущаться: «Говорил Даше, не надо костюм заказывать в подворотне…»

– Где? – возмутилась я. – Притащила полковника в ателье всемирно известной фирмы. Основал ее портной Людовика Шестнадцатого.

– «…а она меня заставила, кричала, ногами топала», – продолжал Кузя.

Глава двадцать третья

Меня охватило негодование.

– Я никогда так себя не веду. Скажу раз, два, ну три. Если человек твердо стоит на своем, я замолкаю. Впадать в истерику, превращаться в капризную идиотку, которая хочет, чтобы все ей подчинялись, это не про меня.