Какого цвета убийство?

Оскар играл в приставку где-то в другом конце дома – Фредрик слышал только его возгласы и шум от очередной стрелялки. В коридоре эхом отдавался старческий смех Стена-Инге. Может быть, сын все же приходил сюда поиграть?

Фредрик снова выставил стул под свой рост.

Ночь прошла тяжело. Казалось, он ни на минуту не сомкнул глаз, но, поскольку какие-никакие сны ему снились, должно быть, он все-таки спал. Его мучали ужасные видения. То он рвался бежать куда-то по темному коридору и, как это часто бывает во сне, не мог оторвать подошвы от пола. Или же лежал в постели, и черный кот снова сидел у него на груди – с торчащей из шеи отверткой. Потом морда кота стала лицом Жигарры. Губы шевелились, он пытался сказать что-то, чего Фредрик не мог понять. Слышался смех Юханны откуда-то из стены. Он постоянно то проваливался в эти видения, то выплывал из них, смутно ощущая сильную головную боль.

На сегодня Фредрик поставил себе цель: не вставать из-за стола, пока не напишет еще тридцать страниц. Пусть на это потребуется два, три или девять часов. А потом пора приниматься за финальный аккорд.

– Ты не можешь позвонить этому Свартлингу и попросить дать тебе поговорить с Юханной?

Как у него все просто.

– Я пытался, но ответа нет. Даже съездил в квартиру, где брал у него интервью, но там никто не открывает. Его не найдешь в телефонном справочнике, это уж точно.

Фредрик пообедал, не заметив, что именно ест, и радуясь, что Стен-Инге не задает больше вопросов. Через четверть часа он снова сел за письменный стол и проработал до шести вечера. После ужина поднялся в кабинет и устроился в уютном кожаном кресле-шезлонге, поставив будильник в телефоне на 21:00. Полтора часа сна снова сделают его человеком.

Через полминуты он уже крепко спал безо всяких сновидений.

Зазвонил телефон. Не будильник.

– Хочу убедиться, что ты занят тем, чем надо.

Фредрик мигом выпрямился в кресле и потер переносицу, чтобы прогнать из глаз пелену. Крепко прижал трубку к уху. Что там слышно на заднем плане? Чей-то тоненький голосок, он был совершенно уверен. Хриплый смех. Потом шлепок – как бывает, когда ударяют рукой по голой коже. Или ему все только кажется?

– Все получишь вовремя, – отрезал Фредрик. – Еще несколько страниц – и потом можно будет редактировать.

Он говорил правду. Ему осталось всего несколько страниц.

– Редактировать? То есть ты все-таки не заканчиваешь? Не пытайся водить меня за нос, фрилансер.

– Я хочу поговорить с ней. Больше ничего не скажу, пока не услышу ее голос.

Несколько секунд Жигарра молчал.

– Ты хочешь поговорить с ней? – спросил он как будто удивленно.

Внезапно до Фредрика донесся чей-то стон.

– Он хочет поговорить, – бросил Бобби кому-то на заднем плане.

Бормотание.