Почему они убивают. Как ФБР вычисляет серийных убийц

Еще я предложил объявить набор волонтеров для работы на горячей линии и приема информации от населения в надежде, что НС постарается попасть в их число.

Когда я закончил с профилем и анализом дела, была почти ночь. Я отдал его на печать и подождал, пока Эд Хегарти и его коллеги вернутся в офис. Насколько я помню, они пришли только около полуночи. Хегарти взял мой отчет – шесть или семь страниц убористого текста – и быстро их пробежал, пока я молча стоял рядом. Закончив читать, он поднял глаза и заметил: «Очень впечатляет». Из уст Хегарти это была наивысшая похвала.

Тем временем «Джонсон и Джонсон» предпринимала со своей стороны решительные действия; в прессе было опубликовано сообщение, что компания отзывает по всей стране 260 тысяч упаковок «Экстрасильного тайленола».

На следующий день мы с Томом Дюхэдвеем отправились на встречу с местными полицейскими, работавшими над делом, чтобы ознакомить их с профилем. Не успел я сколько-нибудь продвинуться, как один из них, старший группы, перебил меня и представил свое описание тайленолового убийцы. Он когда-то участвовал в расследовании по делу Ричарда Спека, и, по сути, огласил его профиль – мерзкий обозлившийся сукин сын, который убивает всех, до кого дотянутся руки. Помимо того, что этот упрощенный вариант подходил множеству преступников в Чикаго и в любом другом городе, и потому не имел смысла, он к тому же был полностью неверным.

Я выслушал полицейского с каменным лицом, закипая внутри. Когда он закончил, я просто встал и пошел к двери.

– Куда это вы? – окликнул меня он.

– Ухожу, – ответил я. – Зачем я вам нужен?

Много раз за мою карьеру меня обвиняли в заносчивости. Но когда приходится сталкиваться с таким количеством сопротивления и с подобными заявлениями в лицо, лучше обладать большой уверенностью в себе и лидерскими качествами, потому что ты можешь направить огромный полицейский ресурс по определенному пути, и в случае ошибки расплачиваться тоже тебе.

– Да нет, давайте поговорим! – воскликнул он. Поэтому я остался.

Том проявил себя как настоящий дипломат и постарался сгладить неловкость. Внешне он держался спокойно, но по тому, как он жевал зубочистку, я понял, что внутри у него – настоящая буря, особенно с учетом того, какую роль ему приходится выполнять. Любопытно, что несколько лет спустя тот полицейский приехал к нам в Куантико на продвинутый курс; он общался со мной очень вежливо, и мы прекрасно поладили с ним.

Судя по отчетам, флаконы с отравленным тайленолом были произведены на двух разных заводах, в Пенсильвании и в Техасе, что делало крайне маловероятной возможность отравления где-либо еще, кроме как на аптечной полке.