Как укротить маркиза

– Нэйт, что тебя тревожит? – тихо поинтересовалась девушка.

– Владелец вначале сказал мне, что все комнаты переполнены, и я хочу удостовериться, что в нашей больше никого нет.

Он толкнул дверь, и они увидели крошечную комнатку. Потолок был низким – и снижался еще больше до самого пола. В комнате был маленький камин, единственное окно, почти не пропускавшее света и совсем не пропускавшее воздуха, и узкая кровать с самым тонким матрацем, который Нэйт когда-либо видел.

Но, по крайней мере, тут не было постояльцев.

– Что ж, хорошо – входите. Заприте за мной дверь, Анна, и никому не отпирайте, пока я не вернусь. А я пока добуду нам еды.

Анна кивнула и провела мальчиков внутрь. Нэйт дождался, когда раздастся скрежет ключа в замке, после чего торопливо сбежал вниз. Комната была ужасна, но выбора не было. С Божьей помощью, они проведут в ней не больше одной ночи. Но если дождь продолжится или мост действительно смыло водой…

Что ж, тревога не способна отремонтировать дорогу или вернуть солнце на небо, так что не было смысла давать волю мрачным мыслям. Сейчас перед Нэйтом стояла вполне насущная задача – накормить голодного пятилетнего мальчика.

Да и сам он тоже проголодался.

Нэйт вернулся в шумную и зловонную пивную, битком набитую пьяными мужчинами, и стал пробираться между ними к бару, чтобы сделать заказ Бауэру.

– Я скажу Бесси что-нибудь приготовить, как только у нее появится свободная минутка. – Бауэр устало кивнул на пышнотелую разносчицу, которая в данный момент флиртовала с мужчиной, невероятным образом напоминающим толстую крысу.

Нэйт отвернулся, чтобы Трент, взглянув в его сторону, увидел только его затылок.

– А побыстрее нельзя? – Нэйт дал Бауэру дополнительную монету. – Моя жена и сыновья голодны.

Бауэр уронил монету в карман.

– Ну хорошо. Полагаю, что можно.

Трактирщик пошел собирать заказанную Нэйтом еду.

Маркизу оставалось надеяться, что тот проявит расторопность. Нэйту не хотелось оставлять Анну и мальчиков одних надолго, особенно когда рядом ошивается негодяй вроде Трента; к тому же маркизу определенно не хотелось оставаться в этом море громогласных, дурнопахнущих, невоспитанных мужланов. Что, если…

Нэйт почувствовал, как ему на плечо опускается чья-то рука, а затем чертовски знакомый голос со всей мочи завопил:

– Эй, это же Хэйвуд! Друг мой, как ты тут оказался?

Проклятье, вот этого он вовсе не предусмотрел.

Нэйт повернулся лицом к сводному брату Баннингли Джорджу Хармону, чье место занял на проклятом домашнем приеме. Хармон покачивался перед ним, сжимая пустую кружку. Судя по виду – и запаху, – кружка была далеко не первая.

Нэйт отступил от бара, на тот случай, если Бауэр вернется и упомянет о его вымышленной семье.

– То же самое я мог бы спросить у тебя, Джордж.