Мой лунный эльф, или Как не влюбиться по уши

Но сейчас, в этот самый момент, мне больше нравилась луна, парк, погруженный в волшебное сияние, и спокойствие, окутывавшее все вокруг… А еще то, как выглядел Торэт в окружении звезд, под этим призрачным серебристым пламенем.

— Люблю лунную Изнанку, — словно вторя моим мыслям, негромко произнес Берриан. — Моя магия рано проснулась. Недопустимо рано, даже по меркам перворожденных. Выплеснулась резко и сразу, открыв огромный внутренний резерв. Юный лунный маг с большой, плохо контролируемой пока силой — само по себе опасно. А если он при этом еще и непокорный бунтарь по натуре — вообще стихийное бедствие. Так что меня сразу отправили к дядюшке.

— К Магистру Элистару?

— К нему.

— И он научил тебя магии?

— Он при всем желании не смог бы этого сделать. Дядя не владеет лунной магией. Вернее, почти не владеет.

— Но…

— Даэрн Элистар — младший брат моего отца, но ему достался не семейный дар, а стихия матери. Такое, к сожалению, случается все чаще. С тех пор, как…

Высокородный осекся, как будто осознал, что сказал лишнее, и после небольшой паузы заговорил уже о другом.

— Элистар — огненный маг, вынужден носить фамилию рода, к которому принадлежит его стихия, и никогда не унаследует титул лунного владыки. Несмотря на это, он верно служит нашему Дому, занимает должность первого советника и, в добавок ко всему, курирует Шаррал — школу Теней, высшее военное училище всей эльфийской империи. Так что воспитывать молодых, не в меру дерзких магов он умеет, какой бы стихией те ни управляли. Именно он обучил меня, в первую очередь, дисциплине и самоконтролю, жизненно необходимым любому одаренному. Сурово и жестко, не делая скидку на происхождение и возраст.

— Но ты же был тогда совсем маленьким!

— Был, — коротко согласился высокородный. — Поэтому, когда становилось невыносимо, сбегал на Изнанку. Только здесь я ощущал себя по-настоящему свободным…

Мы шли по купающейся в лунном свете аллее, рядом кружили серебристые искры — отголоски магии, как пояснил Берриан, и за спиной невнятным гулким эхом разносился голос стрекозла, втолковавшего что-то Марру. Фамильяры — кто б сомневался, — конечно же, пошли с нами, и теперь бдили, но деликатно, издалека, не вмешиваясь в разговор и следуя на расстоянии.

А Торэт рассказывал… О мальчике, оторванном от матери и неожиданно оказавшемся в военном училище, среди суровых боевиков. О его проделках. О том, как он ставил на уши все училище, а затем удирал на Изнанку, откуда не только дяде, с его крохотной лунной искрой, нелегко было достать племянника, но даже курсантам из их общего клана. Все-таки с магом из правящей семьи справиться непросто, пусть даже таким юным."

"Торэт рассказывал, вспоминал забавные случаи из своего детства и улыбался.