Ты пахнешь как мечта

Пусть отойдет от всего, что только что было. Я видел, как тряслись ее руки, когда она замыкала тот единственный уцелевший замок, не хочу добивать ее. Наоборот – включаю музыку, чтобы расслабилась.

И она правда, кажется, немного отходит, когда мы наконец-то выезжаем со двора. Достает косметичку, открывает зеркало и наводит марафет, а я краем глаза поглядываю на нее, улыбаясь. На ней сегодня короткое платье. Она перестала носить такую длину ровно тогда, когда мы переспали. Просто перестала появляться на работе в мини. Не знаю, связаны ли эти два события, но чувствую, что да.

Не говорю ей ничего, не отвлекаю, просто еду на работу и все-таки бросаю на нее взгляды. Она милая сейчас, особенно когда сосредоточенно выводит на своих глазах стрелки, несмотря на то, что машина не стоит на месте. Вот это навык!

– Принцесса, осторожно, тут лежачий полицейский, – предупреждаю ее, чтобы не осталась без глаза, когда машина подпрыгнет, и она убирает карандаш от глаза ровно в ту секунду.

– Ой… спасибо, – смотрит на меня смущенно. – Ничего, что я тут?..

Ей явно неловко. Словно она не стрелки рисует, а переодевается тут при мне. Дурочка.

– Да на здоровье, – пожимаю плечами, и она продолжает заниматься своими делами, а я продолжаю ее не трогать, пока мы не приезжаем на Западную в сервис.

Замечаю Марину, когда паркуюсь. Она стоит у дверей с сигаретой и что-то агрессивно печатает в телефоне. Вот все равно что-то не то! Отталкивает, хоть убей, хотя потрахаться мне не мешало бы… Давно никого не было, и порой хочется так, что крышу рвет. Но вот отталкивает, и хоть ты тресни.

И вместо того, чтобы все-таки пойти у нее на поводу и утолить свои желания, я поворачиваюсь к Сонечке, которая с недовольством смотрит в лобовое на Марину, и говорю ей:

– Ты же помнишь, что мы вчера играли влюбленную парочку?

– Это вы ее играли! Я в спектакле не участвовала! – упрямится она, поджимая губы, накрашенные красивым блеском.

– Я тебя силой в игру затащил, отказываться уже нельзя. До конца давай подыгрывай, – не оставляю ей выбора, выхожу из машины, открываю дверь Сонечке и подаю ей руку, а когда выходит – не отпускаю, так за руку и веду к входу.

– Это издевательство, – шипит Соня, не сжимая мои пальцы в ответ.

– Молчи, Принцесса, это для всеобщего спокойствия, – шикаю на нее. – Марина, доброе утро!

– Доброе, – говорит она, не скрывая недовольства и в одну затяжку докуривая сигарету.

– Отдаю вас в нежные руки, в час приеду, – говорю ей, а потом поворачиваюсь к Сонечке. – Принцесса, я поехал, жди меня, – снова наглею, чувствую, что скоро абсолютно точно останусь без яиц из-за своих выходок, но, как и вчера, наклоняюсь и целую ее в губы, задерживаясь на пару секунд.

Улыбаюсь, отпускаю Соню, возвращаюсь к машине, машинально слизывая блеск со своих губ.