Кадры решают всё

Кеннет, слетаешь?

– Раскомандовался тут, – проворчал мышь, но видно было, что бурчит он больше для виду, – великий иллюзионист, можно подумать…

Буквально через несколько минут мышь вернулся вместе с удивлённой, но, как всегда, безупречной леди Матильдой, которая с удивлением посмотрела на Тео и довольно потирающего руки Морти.

– Что случилось, Теодор? – леди Матильда сложила руки на белоснежном фартуке, который не снимала с того момента, как Теодор официально объявил её экономкой, то есть «замкоправительницей».

– Лети Матильда, – Тео тепло улыбнулся, – у меня к вам несколько странная просьба, к тому же я просил бы вас держать в секрете то, что сейчас здесь произойдёт.

– Ты пугаешь меня, мой мальчик, – нахмурилась леди, – рассказывай, не заставляй меня нервничать!

– Я хотел бы, чтобы вы как можно подробнее вспомнили графа Генриха, его внешность, мимику, голос… Это возможно?

– Но зачем?! – всей выдержки леди Матильды не хватило на то, чтобы сдержать изумление.

– Вы вспомните, а Мортимер считает ваши воспоминания и сможет принять вид графа, – ещё больше запутал ситуацию Тео и пояснил, – в подвале, оказывается, заперся бывший замковый маг, и мы хотим попробовать поговорить с ним, но для этого нам нужен кто-то, кому он доверял.

– В подвале заперт Эдриен? Так вот, почему... – леди схватилась за спинку кресла и побледнела, насколько это возможно для призрака. – Но как?

– Конечно, – леди Матильда пришла в себя, но руки её слегка дрожали, – я постараюсь. Что нужно делать?

– Ничего особенного, – подошёл к ней Морти и мягко взял леди за призрачную руку, – просто вспомните графа Генриха, а я буду смотреть вашими глазами.

– Конечно, – прошептала леди Матильда и прикрыла глаза. Морти сосредоточился, и вот через несколько минут перед потрясёнными Тео и Хасидом стоял высокий мужчина средних лет с усталым, но приятным и благородным лицом. Слегка потрёпанный камзол, сшитый по старинной моде, видавший виды меч — не парадная безделушка, а боевой друг — был спрятан в потёртые ножны, светлые волосы стянуты на затылке в простой низкий хвост.

– О боги всемогущие, – прошептала леди Матильда, прижав к губам ладонь и глядя на Мортимера со смесью восторга и ужаса, – ну совершенно граф получился! Не отличить!

Тут она вдруг протянула руку к графу Генриху, который Мортимер, и заплакала, а Морти молча привлёк её к себе и прижал к груди, ласково поглаживая по плечам.

– Поплачьте, леди, – тихо сказал он, а в его глазах сквозь уже привычную дурашливость Тео увидел сочувствие и понимание. – Слёзы, они и призракам полезны, они вымывают из сердца боль и горечь утраты.