Кадры решают всё

– Это же бессмысленно! Надо пентаграмму чертить и заклинание призыва читать. Недоученный какой-то некромант...

– Не мешайте, – неожиданно огрызнулся Хасид, – интересно же!

– Действительно, – присоединился к нему его величество Ганелон, – потом обсудите.

Неправильный Леопольд к этому моменту уже успел вызвать дух своей возлюбленной и слиться с ним в страстном поцелуе, явно не планируя этим ограничиваться. Но потом почему-то решил, что окончательно оживить Офелию ему поможет колдун, живущий в пещере дракона. Слушатели замерли в ожидании, но тут леди Гортензия неожиданно закрыла тетрадь и хитро посмотрела на присутствующих.

– А продолжение — в следующий раз, дамы и господа, – великолепным контральто произнесла она. – Запись на чтение первой части, как обычно, — у господина Листримуса.

С этими словами она поклонилась с потрясающим достоинством и уплыла под гром аплодисментов.

– Так не честно, – его величество Ганелон с упрёком посмотрел на Тео, как будто это он прервал захватывающую историю об отважном, но, судя по всему, не очень умном некроманте. – На самом интересном месте! Я очень хочу узнать, что посоветует ему старый колдун, и чем вообще всё закончится!

– Записывайтесь у господина Листримуса, – огрызнулся Тео, но тут же устыдился и сказал, – ваше величество, простите. Просто устал жутко, а дела множатся, как тараканы на кухне у плохой хозяйки!

– Кстати о кухне, – задумчиво проговорил его величество, – а ты меня познакомишь с тем кудесником, который тогда передал мне булочки и варенье?

– С Христофором? Да пожалуйста, – Тео пожал плечами, – думаю, он не будет против. Только, ваше величество, вы уж не обижайтесь, если он скажет что-то не то: характер у него непростой.

Пока Тео перешёптывался с королём, а слушатели с азартом строили версии о том, что предложит колдун, причём не все варианты были приличными, Бигли снова заглянул в склеп и объявил:

– А теперь я с удовольствием и даже восторгом приглашаю на сцену госпожу Тамьяну — великую прорицательницу и гадалку!

Тео с интересом рассматривал невысокую полупрозрачную женщину, которая медленно вышла на сцену и села в поспешно поставленное Мортимером кресло. Госпоже Тамьяне было много лет… очень много… но ни у кого не повернулся бы язык назвать её старухой. Абсолютно седые белоснежные волосы были уложены в простую, но очень элегантную причёску, покрытая морщинами кожа резко контрастировала с ярко-зелёными, очень молодыми глазами, в которых Теодор увидел мудрость тысячелетий.

Прорицательница медленно обвела взглядом присутствующих, задержалась взглядом на императоре демонов, ответила на его глубокий поклон лёгкой улыбкой, и остановилась на Теодоре.