Кадры решают всё

Все дружно сделали вид, что ну вот абсолютно не замечают сидящего рядом с императором демонов короля, а его величество горделиво приосанился, но вовремя вспомнил про маскировку и придал лицу равнодушное выражение.

– Так вот, – продолжил Тео, поворачиваясь теперь к висящим в воздухе и внимательно слушающим призракам, – я искренне надеюсь, что среди вас, уважаемые господа привидения, найдутся те, кто сможет и захочет быть полезным академии. Пользуясь случаем, хочу назвать свободные должности: библиотекарь, охрана, привратник, помощник лекаря, помощники экономки, уборщики, в перспективе — конюхи. Наверняка понадобится кто-то ещё, но я пока не знаю. Со всеми вопросами и предложениями можно и нужно обращаться к капитану Харви. А теперь — прошу всех на первый литературный салон нашей академии.

Присутствующие разразились бурными и абсолютно искренними аплодисментами, а призраки приветственно размахивали руками, о чём-то оживлённо переговариваясь.

Все переместились в склеп, расселись, и тогда Бигли, который взял на себя функции распорядителя, просунул голову в дверь и торжественно объявил:

– Первым номером нашей программы будет песня о призрачном воинстве, которую для нас исполнит лорд Аш-Арбиэль в сопровождении великого маэстро Дарио.

На помост, гордо именовавшийся сценой, вышел Биэль с каким-то неизвестным Тео музыкальным инструментом, напоминающим гитару. Вслед за ним появился высокий и очень изящный призрак, на удивление плотный, почти не прозрачный, с длинными волосами, заплетёнными в очень сложную косу. Незнакомец, который мог быть только тем самым маэстро Дарио, поклонился публике с удивительным достоинством и достал откуда-то из воздуха нечто, напоминающее маленькую арфу.

– Это маэлин, – шёпотом пояснил Теодору император, – древний музыкальный инструмент альвов. Считается, что они исчезли из мира много веков назад.

– Видимо, альвы не курсе, – не смог удержаться от комментария Кеннет, который выбрал в качестве насеста плечо императора, забыв, разумеется, спросить разрешения. Но лорд Аш-Рибэйл не стал возражать и даже, кажется, был слегка польщён.

Тем временем маэстро настроил маэлин, взял несколько аккордов и кивнул Биэлю. Тот, глядя куда-то в пространство, медленно провёл по струнам и склеп заполнил тихий перебор, в который плавно вплелись нежные звуки маэлина.

– У замка есть своя история, почти забытая людьми…

Голос у Биэля был глубокий, бархатный, с лёгкой хрипотцой, что в сочетании с нежной мелодией создавало совершенно потрясающий эффект. Демон пел о замке, на который напали враги, подло и коварно воспользовавшиеся дружбой с хозяином. Мелодия то взлетала к потолку, то билась в стены, заставляя мужчин сжимать кулаки, а женщин — вытирать слёзы.