Одри, герцогиня Йорк

Улыбка медленно расцвела на губах Кенсингтона, становясь шире с каждым шагом, который я делала ему навстречу. Казалось, время остановилось, и весь мир сузился до нас двоих.

И пусть кто-то думает, что я недостаточно проявляю свою любовь к Лиаму, и даже несколько холодна к нему, но это далеко не так, каждый ведь выражает любовь по-своему.

— Прими руку моей подопечной, — раздался голос старого рыцаря, — клянись любить её и защищать ценой своей жизни.

— Клянусь, — твёрдо ответил жених и принял мою ладонь из рук сэра Имарка.

Моё дыхание перехватило от той невероятной нежности, которую я увидела в глазах суженого, а в груди разлилось тёплое чувство благодарности Всевышнему за этот бесценный дар: я нашла свою любовь, своё счастье.

Друг за другом мы повторили слова обряда, в конце раббат Нолан подал нам брачные браслеты.

— Объявляю вас мужем и женой. Лорд Йорк, можете поцеловать невесту.

Муж наклонился ко мне и мягко накрыл мои губы своими. Ненадолго и весьма целомудренно."

"А потом нас обсыпали золотым зерном, выращенном в Заворожённом лесу, кричали здравицы и пожелания.

Ульрих искренне улыбался, как и его сын, Бернард.

Карл Третий со своим советником тоже улыбались — торжествующе. Ага-ага, пусть думают, что умнее нас. Кажется, им нравится обламываться, привычка, дело такое, труднопреодолимое. Оба продолжают меня недооценивать, ха!

* * *Праздничное застолье затянулось до поздней ночи, но мы не стали сидеть до конца, а тихо улизнули в свою комнату. Мои девочки постарались на славу: помещение казалось созданным для первой брачной ночи. Свет приглушённо струился от свечей, расставленных тут и там, их мягкое мерцание отражалось от поверхностей и на бархатных занавесях, окутывая всё вокруг в золотисто-янтарные тона. В воздухе витал тонкий аромат свежих цветов, которые заботливо разместили по всей комнате.

Кровать устилали шёлковые простыни…

Моё сердце забилось быстрее…

— Одри… — Лиам остановился позади и мягко положил свои ладони мне на плечи, — как же долго я тебя ждал…

— От силы пару месяцев, — припомнила я, когда у нас приблизительно появилось влечение.

Тихий смех мужа вызвал мурашки по коже.

— Всю жизнь, моё сокровище… всю жизнь.

Фата полетела куда-то в сторону, а губы супруга коснулись шеи, вызывая сладострастные молнии от затылка до копчика. С моего правого плеча опустился рукав, затем с левого. Однако! Как шустро он пуговички расстегнул, профессионально. Эта мысль позабавила и заставила улыбнуться.

Я повела плечами и позволила платью с тихим будоражащим шелестом соскользнуть вниз, в итоге на мне осталась лишь тонкая нижняя сорочка.

Лиам мягко повернул меня к себе, всмотрелся в глаза, нежно коснулся лица подушечками пальцев, и я почувствовала, как внутри разливается тепло.