Эва, дочь трактирщика

— И с меня потом в гильдии спросят, отчего у нас в городе столько «Корочек», — ответил Брокк задумчиво. — Нет, повторяться нельзя. Надо свое.

— Пусть будет «Звезда»! — заявила Кисстен.

— «Звезда» хорошо, — поддержала ее мать.

— Нет, слишком напыщенно и тоже, наверное, занято. Нам надо попроще. «Голодный кролик»? «Жирный гусь»?

— Это все слишком по-деревенски, а мы живем в большом городе. «Гордый лось»? — предложил Годвин.

Все так и покатились со смеху; засмеялась и Агнесса, которая стала выбираться со всеми из дома и помогать в подготовке таверны. Подождав, когда Лэндвики отсмеются, она проговорила робко:

— А может, просто «Эва»?

— Тогда уж не «Эва», а «Брокк», — протянула Ева. — «У Брокка».

— Это хорошо, — зацепился Симон. — На Спуске уже многие знают, что Брокк – повар отличный. С такой вывеской тот, кто бывал в «Перце», и к нам зайдет.

— Да, лучше, чем «Жирный гусь» какой-то. «У жирного Брокка», — пошутил Толий, но его не поддержали, а Годвин даже дал ему подзатыльник.

— «У Брокка», — повторила громко Ева. — Мне тоже кажется, что это хорошо звучит.

На том и остановились и решили пообедать вместе – в другой таверне, что поближе, а потом вернуться и продолжить работу и продумывать вывеску.

Повезло им не сразу: в ближайшей таверне мест на всех не хватило, да и предлагали там в это время обычную похлебку из овощей, поэтому Лэндвики вышли на площадь к университету и, выбрав таверну с названием: «Серебряный лунь», зашли в зал. Внутри было светло и просторно; лучшие столы в глубине зала у окон оказались заняты, но Лэндвикам подошел и длинный стол у входа. Пока они рассаживались, Брокк подошел к стойке и велел подать супа на всех, указав на занятый стол. Хозяин «Луня» кивнул, а Брокк вернулся к своим.

Опрятная подавальщица в сером под серебро платье и в белоснежном чепчике сразу принесла им хлеба и паштета – дескать, попробуйте, не пожалеете.

— Дорого здесь, — проворчала Рокильда, поглядывая вокруг.

— Ничего, мама, — сказал Симон, — настанет время, и мы перестанем считать деньги.

Суп принесли быстро, но уже порядочно остывший; Рокильда по этому поводу стала ворчать, пока муж не сказал ей не бузить, чтобы настроение всем не портить. Но настроение все равно было бы безнадежно испорчено, потому что в «Серебряном луне» часто обедают Альберт Нэсс, к которому ушла Лив, и его приятели. И в этот день названная компания молодых разгильдяев привычно завалилась в зал; Альберт уже давно бросил Лив, так что висла она на другом парне – Хардеде Фрере, сыне барона.

Не заметить семейство Лэндвиков, занявшее стол у входа, было невозможно. Как и Лэндвикам было невозможно не заметить студентов и их подружку.