Этрусское зеркало

Он выиграл у неумолимой старухи с косой несколько десятков лет, но… что дальше? Продолжать то же самое? Куда стремиться? Где находится та точка, куда он сможет прийти?"

"Альберт Демидович постепенно отходил от дел, передавая руководство своей промышленно-финансовой империей доверенным лицам. Он еще держал все нити контроля твердой рукой, но подумывал о полной свободе. Деньги, которые он заработал, теперь работали на него; штат подготовленных им специалистов неплохо справлялся со своими обязанностями; банки, с которыми он сотрудничал, были надежны, как и партнеры. Господин Фарбин обеспечил себе безбедное, беззаботное существование и мог теперь пожить в свое удовольствие, заняться тем, к чему душа лежит.

Он начал читать, проглатывая книгу за книгой, съездил в пару круизов, повалялся на песках разрекламированных лазурных лагун, посетил знаменитые театры и музеи мира и… заскучал. Благотворительность не приносила ему удовлетворения, вызывая, напротив, тягостное настроение и мрачный сарказм. Его собственная болезнь никогда не наводила его на мысль стоять с протянутой рукой, и он, сочувствуя страждущим, все же не понимал, почему они сдаются, а не бросают вызов своей телесной немощи. Еще меньше он понимал людей здоровых, неспособных обеспечить себе достойное существование.

Вдоволь налюбовавшись красотами заморских курортов и памятников старины, устав от заученной болтовни гидов, от однообразия комфортабельных отелей, самолетов и автомобилей, Альберт Демидович с облегчением вернулся в родные пенаты. Просторы средней России, со свежестью их природы, зеленой прохладой лесов, обилием рек и прозрачным воздухом, показались ему раем небесным. Он наслаждался около месяца, стараясь не замечать подкрадывающейся тоски. Когда душистые луга, свежескошенное сено в стогах, березовые рощи и рыбалка на озерах ему наскучили, господин Фарбин решил заняться искусством. В конце концов творчество увлекло его - не свое, чужое. Он посещал выставки, художественные салоны и частные коллекции: именно живопись производила на него особенное впечатление, будоражила. В нем просыпались неведомые доселе чувства, мысли… Попробовал писать сам - вовремя осознал, что не хватает таланта, вдохновения, и оставил это занятие.

В этот спокойный, полный отдыха и развлечений период незаметно, исподволь вернулась болезнь, напомнила о себе внезапным легким приступом. Огонь, пожиравший ее, затух, и она подняла голову, начала набирать силу. Альберт Демидович запаниковал, кинулся к московским, потом к заграничным светилам - те только пожимали плечами, удивлялись, как ему удалось протянуть столько лет. Они ничем его не обнадежили. И тогда он понял, что все деньги, которые он заработал, не помогут ему откупиться от смерти.