Этот мир не выдержит меня. Том 5

"

"— Впереди нас ждёт битва, — спокойно произнёс я, обращаясь ко всем сразу и ни к кому конкретно. — Поэтому тот, кто боится, тот, кто не готов, или тот, кто не верит мне, может уйти прямо сейчас…

Мой взгляд скользну по напряжённым лицам людей. Разумеется, никто не двинулся с места — не потому, что здесь собрались исключительно записные храбрецы, готовые ко всему и доверяющие мне, как родном отцу, вовсе нет. Просто уйти сейчас, после таких слов, означало расписаться в собственной трусости. А это грозило полной утратой авторитета, что для многих было куда страшнее смерти.

— Впереди нас ждёт битва, — повторил я, — поэтому отныне выпивка под запретом…

По толпе пробежался стон боли. Такого «подлого» удара от меня явно никто не ждал.

Разумеется, я вводил «сухой» закон вовсе не из врождённой вредности. Всему виной был недостаток времени. До того момента как баронские гвардейцы окажутся на переправе, осталось чуть больше двух суток, а сделать нужно очень и очень многое. Мне понадобится помощь каждого и было бы весьма неплохо, чтобы этот «каждый» обладал ясным сознанием и не сшибал низколетящих птиц запахом ядрёного перегара.

— Впереди нас ждёт битва, — в третий раз произнёс я, чтобы закрепить эту мысль в сознании окружающих. — И потому за следующую седмицу вы все получите двойное жалование…

Обещание небольшой премии смогло подсластить горькую пилюлю трезвости. Люди заорали от радости, подкрепив крики топотом.

— А теперь — спать, — подвёл итог я, когда шум улёгся. — На рассвете — общий сбор. Те, кто не придёт, или те, кто окажется пьян, будут навсегда исключены из наших стройных рядов. Вопросы есть?

Вопросов, разумеется, не было. Уставшие бойцы, проторчавшие у трактира половину ночи, разделились на две группы. Первая, самая многочисленная, тут же поспешила убраться подальше от руководства. А вторая, состоявшая из тех, кому не повезло сегодня заступить в караул, частью ушла на посты, а частью обосновалась в трактире. И всё это дисциплинированно, без препирательств и суматохи.

За время моего отсутствия Марк сумел неплохо организовать несение службы.

— А тебе спать пока рано, — я прихватил Сабалея, который тоже решил свалить под шумок, за рукав.

— На улице царит ночь, добрый юноша, — Сабалей аккуратно, а потому безуспешно, попытался освободиться. — В Векреции, откуда я родом, добропорядочные горожане в этот час уже давно почивают в своих постелях…

— Так то добропорядочные, — усмехнулся Марк. — При чём здесь ты?

— Ты сомневаешься во мне, славный воин? — бывший актёр надменно вздёрнул подбородок. — Будь мы в Векреции, один взмах моей шпаги быстро развеял бы все твои сомнения!

— Да? — усмешка Марка стала похожа на оскал. Видимо, Сабалей так достал его, что разведчик был готов пойти на самые крайние меры.