Этот мир не выдержит меня. Том 5

Мне уже не нужно было доказывать свою силу каждому сомневающемуся — теперь это лишь уронило бы мой авторитет, а вовсе не укрепило бы его.

Маршал не отчитывает солдата — для решения подобных вопросов у него есть подчинённые. И пусть до маршала мне пока было далеко, однако желающие вступиться за честь командира уже нашлись. И нашлись с избытком.

— Этот пацан мне свободу дал! — зло прошипел какой-то лысый мужичок. Видимо, один из бывших рабов Короля нищих.

Его слова мгновенно раздули пламя народного гнева. На неожиданного «оппозиционера» со всех сторон градом посыпались молчаливые оплеухи. Экзекуция не продлилась долго — бойцы справились всего за четверть минуты. Однако даже этого короткого срока вполне хватило, чтобы провинившийся серьёзно пожалел о своих словах.

Бедолагу вытолкали вперёд. Не удержавшись на ногах, он упал на колени. По его лицу текла кровь — в дрожащем свете фонарей она больше походила на чернила, которыми какой-то шутник щедро измазал физиономию бледного от страха болтуна.

Я смотрел на побитого бойца холодно и отстранённо, как на пустое место. Он тяжело дышал, безуспешно пытаясь поймать мой взгляд, чтобы узнать свою дальнейшую судьбу. Однако рта больше не открывал — то ли желая показать характер, то ли опасаясь усугубить ситуацию.

— Стать в строй, — приказал я через пару мгновений, когда дыхание бедолаги превратилось в хрип, а бледная кожа приобрела какой-то синюшный оттенок.

Наказание должно соответствовать проступку, а он своё уже получил. Если я хотел установить в отряде более или менее здоровые порядки, то ломать оступившегося — это не самая лучшая идея. Укреплению дисциплины такие действия точно не поспособствуют, но зато здорово ожесточат людей. Двинутые на теме насилия бойцы мне ни к чему — мы собирались воевать, а не карательные рейды против мирного населения устраивать.

В общем, не стоило плодить больных на голову монстров. Тем более, специалист по психическому нездоровью в нашем отряде уже имелся. Лэйла… И её одной было более чем достаточно.

Провинившийся боец ненадолго завис, не веря своему счастью, а затем кое-как поднялся на ноги и молча встал на место. Похоже, произошедшее напрочь отбило у него желание разговаривать.

Приятным бонусом стало то, что Сабалей тоже проникся очарованием момента. Судя по глазам, ему очень хотелось разразиться очередной тирадой, однако разбитое лицо предыдущего оратора служило наглядным примером того, к каким неприятным последствиям могут привести неосторожные речи.

Всё правильно. «Метлу» лучше держать на привязи, как говорил один мой знакомый из прошлой жизни. И Сабалей только что получил весьма убедительное подтверждение этому тезису.