На этот раз – да!

Возникала еще одна нешуточная проблема. Как сможет Кит искать сокровище, если его будут осаждать полчища девиц? Теперь он понимал, что чувствует тетерев в разгар охотничьего сезона, когда на него наставлены дула, в кустах шумят загонщики и лают легавые псы…"

"И всем этим счастьем он обязан Меган Макнаб – это она подсказала Джейн Паркхилл, где он остановился. Сколько еще барышень она посвятила в тайну его убежища? А скольким еще растрезвонит об этом Джейн? В ушах у графа зашумело.

Он вдруг представил себе Меган Макнаб – как она стоит на ветру и хохочет над ним – и изо всех сил ударил кулаком по колену. Когда он снова увидит ее, то…

В ушах у него вместо шума вновь зазвучали тревожные колокола, однако образ прелестной Меган Макнаб никуда не исчез.

Кита обуял ужас. Если он допустит хоть малейшую неосторожность, то окажется в брачной ловушке еще до исхода года! Ему необходимо было отвлечься от тягостных дум, поэтому он достал из кармана дневник дедушки Натаниэля и принялся читать…

Глава четырнадцатая

Глен Дориан

Март 1746 года

Крепко запахнув ворот шинели, Натаниэль старался не обращать внимания на ледяной дождь, который все равно проникал под одежду. День выдался никуда не годный. Обычное патрулирование возбуждало в народе плохо скрываемое раздражение, да что там, бешенство и гнев. Натаниэль проезжал деревню за деревней в компании всего лишь троих солдат, и везде видел лица, искаженные злобой. Еще несколько недель назад при виде красного мундира лица горцев были непроницаемы, теперь они явно осмелели и стали злее. Неминуемая битва приближалась. Войска герцога Камберлендского уже приближались. Натаниэль планировал сделать привал в Нэрне, где и дожидаться приказаний Карла Стюарта.

Натаниэль помешкал на бровке холма, осматриваясь. Сопровождающие его солдаты вслух пеняли на погоду – та, по их мнению, была вдесятеро хуже, чем в Англии в самый разгар зимы, – а еще вздыхали, говоря, что дома уже цветут цветы… Здесь же ничего не цвело, кроме, пожалуй, народной ненависти к захватчикам… А та цвела пышным цветом, и это ничего хорошего для англичан не предвещало.

– Как они вообще здесь живут, эти горцы, капитан? – спросил сержант.

Натаниэль указал рукой вперед:

– А вот так…

Перед ними расстилалась туманная долина Глен Дориан, серая и мрачная, а озеро казалось непроницаемо-черным. Но на островке высился замок – он словно вырастал из вод озера, грациозный и прекрасный, а острые башни будто вонзались в низко ползущие тучи. Окна сияли золотым светом, а по обе стороны от дороги, ведущей к воротам, пылали факелы.

– Не засвидетельствовать ли нам почтение хозяевам? – спросил он.

– Ну если есть возможность обогреться там у огня, я бы рискнул, – сказал сержант.