Этому в школе не учат

И знает только то, что ему сказал ты. — Лейтенант посмотрел на него уже с сочувствием и более дружелюбно. — Давай, агент Ящер, решим так. Рассказываешь, как тебя завербовал НКВД. Какое задание тебе дали. И тем самым сохраняешь жизнь. Мы вступаем с советской контрразведкой в игру.

— Какую игру? Какое задание?!

— Мы знаем все!

— А я ничего не знаю! У вас есть хоть какие-то доказательства?

— Будут. Для этого достаточно познакомить тебя с людьми, которые обучены вытягивать эти доказательства клещами.

— Клещами? Ну тогда, конечно, я во всем сразу признаюсь — не переношу боли. Вот только мои признания не будут иметь никакого отношения к реальности. И вы потеряете человека, который уже послужил рейху и готов служить дальше.

— НКВД ты служишь…

Опять камера. Когда Курган представлял, что его могут отдать в лапы немецких палачей, у него земля из-под ног уходила. Они такое делают с допрашиваемыми — не то что люди, камни говорят.

Через день Кургана извлекли из тьмы подвала и вытолкнули в ярко освещенный коридор. Глаза слезились от света, и пленник даже сначала не понял, кто стоит перед ним.

— Неважно выглядишь. Быстро в машину, — кивнул майор Вебер.

В салоне «Мерседеса» они ехали с комфортом — мягкие кожаные сиденья, жарко натоплено. И Курган с каким-то наивным изумлением смотрел на улицы Минска, еще живые в его памяти.

— Сынок, ты мне стоишь все дороже, — отметил Вебер.

— Я не виноват. На нас правда насели чекисты. Мы еле унесли ноги.

— Да верю я тебе, верю… Знаешь, мне сделали одолжение, отпустив тебя. А одолжения бывают только взаимными.

— Я возмещу все затраты верной службой.

— Куда же тебе деваться. На следующей неделе и начнешь… Знаешь, какое самое вредное насекомое на оккупированных территориях?

— Партизан.

— Вот именно. Так почему бы и нам не наводнить такой же саранчой русский тыл. Взрывать, убивать, прерывать коммуникации. Справишься?

— Зависит от состава группы.

— Нормальную тебе дадим группу. Только упаси тебя бог снова вернуться раньше времени…

Через неделю Курган с группой из пяти человек уже шастал в прифронтовой зоне, проникая все глубже на территорию противника."

"За эту вылазку ему удалось поджечь советский вещевой склад, дважды осуществить подрывы железной дороги, что вызвало затруднение, пусть и ненадолго, движения воинских эшелонов. Напоследок диверсанты грохнули трех красных командиров и лесами ушли обратно к немцам.

Вебер оценил вылазку высоко:

— Молодцы!

— Не скажу, что много красных перебили, — сказал Курган в ответ. — Были трудности.

— Не забывай, что в докладах по инстанциям цифры имеют склонность к росту. Так что в Берлине результаты работы вашей группы выглядят куда более масштабными.

Потом была еще одна заброска.