Это всё ты

Разжимая зубы, на автомате позволяю вынуть конфету.

И, черт…

Просто цепенею, когда он кладет его в свой рот. По телу разносится сумасшедшая дрожь новой эпидемии, нацеленной на истребление моих нервных клеток.

Пока я ошарашенно моргаю, с очевидным трудом втягивая в легкие кислород, Ян лениво посасывает мой чупа-чупс.

А потом… Возвращает его в мой рот.

Ума не приложу, что за чувства заставляют меня разомкнуть губы и покорно принять похищенную ранее конфету.

Факт в том, что я это делаю.

Распознаю в вишневой сладости поверхностный вкус сигарет, кофе и еще какие-то незнакомые химические элементы… И в лаборатории моего организма, которая оказывается совершенно не готовой к подобным экспериментам, происходит мощнейший взрыв. Все чувства – осознанные и неосознанные, случайные и неслучайные, новые и давние, мимолетные и укоренившиеся, запретные и постыдные, бунтующие и тревожные, исступленные и робкие, возбуждающие и баламутящие – разлетаются отравляющей бурей по всему моему телу.

18

Увлекательный был аттракцион…

© Юния Филатова

Глотательная функция покидает меня. Горло превращается в кусок проржавевшей трубы, неспособной на движения ни при каких условиях. Собравшуюся во рту слюну некуда деть. Кажется, если попытаюсь все же сглотнуть, попросту удавлюсь.

Сердце, демонстрируя неизведанные возможности, разбивает ребра с такой силой, что я, не думая о том, как это будет выглядеть, прижимаю к груди ладони. И в потрясении понимаю, что там, внутри… будто цветы распускаются.

Огромные, крупнолепестковые и освежающие.

Еще один взгляд Нечаева, и эти растения вспыхивают, распаляя за моей грудиной новый пожар.

Должна сказать, чтобы не смел так себя вести. Должна!

Но…

Одурманенная какой-то необъяснимой и порабощающей эйфорией, продолжаю молчать.

И зачем я снова смотрю на его губы? Почему они – изогнутые в пренебрежении, насмешке и вечном вызове – так влекут меня? Допустимо ли то, что я задумываюсь об их яркости, тепле и непостижимой напористости?

Взявшись за палочку чупа-чупса, с влажным причмокиванием вытаскиваю его изо рта. Не только для того, чтобы иметь возможность втянуть в легкие кислород, а еще и потому что не знаю, что с ним делать.

Глаза в глаза. И я резко опускаю взгляд.

Как я раньше не замечала, что в Яне Нечаеве кипит такой котел эмоций? Чем он вызван? И почему так будоражит меня?

Когда он берет меня за руку, понимаю, что скрыть то, с какой силой меня потряхивает, уже точно не получится. И все же… Я не вырываю ладонь. Рефлекторно сглатываю и на радостях от того, что удалось это сделать, заталкиваю чупа-чупс обратно в рот.

– Замерзла?

Избегая смотреть Яну в глаза, курсирую взглядом по рисунку на его футболке. Медленно втягиваю носом воздух.

– Да… Немного.