Это всё ты

Я откидываю голову и упираюсь затылком в кафель. Прижимаю к нему и трясущиеся ладони. Только после этого осмеливаюсь открыть глаза. И вроде как смотреть на его торс нет возможности, но и вида растрепанных мокрых волос хватает, чтобы в моем животе закрутилась очередная воронка. С него капает – вода и кровь. Влага сочится по острым скулам, по ставшему квадратным от напряжения подбородку, по приоткрытым покрасневшим губам… Пламя в груди разгорается. Со стремительным движением крови по венам меня настигает дурманящее опьянение.

И мой взгляд, вырываясь из-под контроля, принимается метаться.

Вниз. В сердце вспышка. Легкие в тиски.

Вверх. Глаза в глаза – прыжок в бездну. Без предварительного вдоха с головой. Свободное падение.

Вниз… Впиваюсь зубами в губы, чтобы сдержать невесть отчего поднявшийся стон.

– Ю… – выдыхает Ян, наклоняясь.

Взгляд, дыхание, запах, жар – всего этого становится критически много. Я спохватываюсь. Отталкиваясь от стены, пытаюсь юркнуть в сторону двери. Но он не пускает – выставляя руку, преграждает путь и валится на меня, словно гора. Взвизгнув, упираюсь ладонями ему в грудь. И сразу же мне становится еще хуже.

Знайте, что когда человек сгорает заживо, его тело бьют конвульсии.

Со мной явно что-то катастрофическое происходит… И Яна это тоже поражает, словно электричество. Едва я касаюсь, его горячая грудная клетка дергается, сжимается и яростно расширяется. Он издает стон, но его перекрывает мой вскрик. Сворачивая обожженные ладони, выдвигаю между нами локти. Судорожно хватая воздух, намереваюсь его оттолкнуть.

– Что это, Ю? – частит Ян рвано. – Что это?

Он настойчив. Как раньше, свирепо прет напролом.

Я понимаю, что должна ответить, иначе он просто не отстанет.

– Что? Что именно?

– Ты подаешь странные знаки… – рубит задушенно. – Смешанные сигналы, Ю… Я… Блядь… Скажи что-то, потому что я в ахуе… У меня вытек мозг… Я тебя… Я тебя сейчас…

А потом… Происходит крайне дикая вещь… Лизнув мои губы, Ян меня кусает.

Истерично завизжав, яростно толкаю его в грудь. Отскакиваю в сторону и застываю. Сил нет ни выдерживать тот сумасшедший взгляд, которым он меня преследует, ни разорвать этот контакт."

"Мои губы мокрые. Мокрые. От его слюны. Это шокирует. Тотально.

Но…

Более ужасающим является возникающее желание облизаться, чтобы снять языком его вкус. Ощутить. Распробовать.

Что?!

Боже…

Откуда это?!

Из глаз выливаются слезы. Я плачу. Захлебываюсь рыданиями от того, что чувствую.

Это чудовищно!

Отрывисто всхлипывая, сердито убираю влагу с губ рукавом ветровки.

Ян ничего не говорит. Поиграв желваками, дергает подбородком вверх. Не думаю, что его что-то задевает. Просто… Он, как обычно, делает вид, что ничего из ряда вон не произошло.

И я… Я решаю поступить так же.

Ничего не было.