Это всё ты

– Вообще-то я имел в виду не ее.

Вика в этот самый момент как раз оглядывается, но, наткнувшись на меня, краснеет и спешно возвращается в исходную позицию.

У Макса отвисает челюсть.

– То есть?.. Нет… Не-е-ет… – тянет неверующе. Я лишь равнодушно пожимаю плечами. – Как, блядь?!

Откидываясь на спинку стула, отстраненно ржу.

– Хрен знает… Как-то само собой получается. Присмотрись к девчонкам из других групп.

– А может, мне лучше присмотреться к той единственной из нашей, к которой ты боишься подкатить свои яйца?

Ярость атакует стремительно, заставляя мою грудь резко расшириться и на какое-то время застыть в оцепенении. Плечи и спину в этот же миг жаром осыпает. По позвоночнику вибрирующей стрелой проносится поражающий всю нервную систему электрический импульс. Сердце вспыхивает, словно лампа, в которую по итогу весь заряд мощности ушел. Зарево непродолжительное, но ошеломительно сильное.

Пик напряжения. Взрыв.

С трудом сохраняю внешнюю невозмутимость. Осторожно и крайне медленно втягиваю кислород. Жду, пока очаги боли потухнут.

– Только посмей к ней приблизиться… – выдыхаю я, охреневая от кипящей внутри агрессии. Смех, который выдаю между делом, не способен ее приглушить. – Самсон, я тебя, сука, умножу на ноль, сечешь?

Он приподнимает брови и ухмыляется.

– Из какого ты, говоришь, района? Интересные у тебя угрозы. Математические. Почти интеллигентные.

– До интеллигента мне охренеть как далеко, поверь.

– Верю, – отражает спокойно.

И сосредотачивает все свое гребаное внимание на вышедшей к трибуне с докладом Юнии.

– Не глазей на нее, – рычу сквозь зубы.

Самсон тихо ржет. Сучара.

– Всем запретишь?

– Надо будет, – шиплю все так же сдавленно, – всем запрещу.

– Не получится, – заключает Макс, мотая своей растрепанной гривой. Когда я уже прикидываю, каким способом приземлить его на пол, толкает попросту гениальную идею: – Лучше застолби ее.

– Что? – выдыхаю задушенно.

– Что слышал. Застолби ее. И отъебись от остальных девчонок.

– Ты, блядь, забыл предысторию?

За этот свирепый выпад незамедлительно получаю предупреждение от препода. Он хоть и глушман, но в этот раз меня реально трудно было не услышать. Даже Ю вздрагивает, запинается и, вскидывая взгляд, необъяснимо долго таращится. Мать вашу, прямо на меня.

– Продолжай, – выписываю я как можно спокойнее.

По аудитории пролетают смешки. А внутри меня все холодеет, потому как на лице Ю отражается очередной приступ паники.

Сколько можно? Я что монстр какой-то? Что я ей сделал?

Подпирая кулаком подбородок, утыкаюсь взглядом в стол, прежде чем она возвращается к теме своего чертового доклада.

– Предысторию? Это ты про Свята? – отзывается Самсон лениво, как только внимание аудитории возвращается к трибуне. Скашивая взгляд на меня, откровенно кривится.