Это снова ты

Короткая лестница поднимается к отреставрированной двери из темного дерева, рядом на пожившей кирпичной кладке табличка: «Бар „По душам“. Время работы: будни с 19:00 до 2:00; выходные с 19:00 до 4:00». Женя проверяет время на телефоне – без двух минут семь, затем смело дергает дверь, та легко поддается, и девушка оказывается в темном зале со множеством небольших круглых столов и маячащей впереди барной стойкой.

– Есть кто? – спрашивает Фомушкина, шагая вперед.

Из-за массивной столешницы показывается сначала голова, а после плечи и торс молодого парня в черной рубашке. Женя приветливо улыбается, с интересом разглядывая жертву, и забирается на один из высоких стульев, аккурат напротив бармена. Выглядит он неплохо. Вьющиеся темные волосы, зелено-карие глаза, небрежная щетина на щеках, широкая шея и крепкие плечи.

– Вы ведь уже открыты?

– Ну ты же как-то вошла, – сухо отвечает парень.

– Фу, как грубо.

– Что для вас? – спрашивает бармен, игнорируя собственный промах, а заодно и насмешливый взгляд Фомушкиной.

– Разговор по душам.

Парень молча принимается ковыряться под барной стойкой, снимает с полки позади пару бутылок, и Женя удивленно хмыкает:

– Реально есть такой коктейль? Я вообще-то имела в виду буквальный разговор.

– В меню такого нет.

– И это упущение для бара с таким названием.

– Тебе жалобную книгу принести? – с вызовом бросает бармен.

– Нет, – не теряя уверенности, отвечает Женя. – И раз уж мы перешли на «ты», то налей лучше водки. Три по пятьдесят.

Поверх стойки появляются три ледяные стопки, Женя опрокидывает первую и даже не морщится, только легонько постукивает по кончику носа.

– У меня отец умирает, – говорит она, глядя в пустую рюмку.

– Соболезную, – безэмоционально отвечает бармен.

Фомушкина поднимает голову и глухо смеется, немного качнувшись назад и запрокинув голову.

– Хреново ты играешь милашку-бармена.

– А ты – убитую горем дочь.

– Я и не горюю. – Женя проводит средним пальцем по ободу второй рюмки. – Я праздную!

Бармен молчит и, забыв о делах, смотрит на не совсем вменяемую посетительницу.

– Ты когда-нибудь желал кому-то смерти? – спрашивает она, неожиданно попав в маленькую брешь холодной брони неприветливого бармена.

Ее темные глаза впиваются в его лицо. Парню чудится, что эта девушка видит его насквозь, и это пугает.

– И что с этим человеком сейчас? – звучит ее следующий вопрос, но ответа нет.

Вторая рюмка пустеет и возвращается со стуком на барную стойку. Женя поправляет волосы и удобнее усаживается на стуле, а бармен замер, то ли желая выставить ее поскорее, то ли с любопытством ожидая дальнейшего развития событий.

– А знаешь, что убило моего отца? Это! – Женька указывает на рюмки и говорит так, будто ей совсем не важно, слушает ее кто-то или нет.