Эрагон. Книги 1-4

Можно надеяться только на то, что воины, против собственной воли оторванные от дома, сражаться будут кое-как. А если их ещё и как следует напугать, так они, скорее всего, попросту разбегутся. У нас сейчас больше людей, чем было в Фартхен Дуре, поскольку к нам присоединилась армия короля Оррина; а с тех пор, как мы начали распространять сведения о вас с Сапфирой, добровольцы так и повалили к нам потоком. И все же в целом наше войско слабее имперского.

И тут Сапфира задала самый главный вопрос, который Эрагон незамедлительно «озвучил»:

— Как ты полагаешь, у нас есть какие-то шансы на победу?

— Это в значительной степени зависит от вас с Эра-гоном, — честно призналась Насуада, — а также от того, сколько в армии противника магов. Если вы сумеете их обнаружить и уничтожить, тогда сможете свободно разить врага направо и налево. В настоящий же момент победа мне представляется пока невозможной. Хотя нам, наверное, удастся довольно долго сдерживать их натиск — во всяком случае, пока у них не кончатся припасы. Я очень надеюсь, что Имиладрис придёт нам на помощь, хотя и у нашего противника есть одно существенное преимущество: сам Гальбаторикс со своим драконом. И если он вступит в битву, то нам, боюсь, останется только отступить.

И тут Эрагон отчётливо почувствовал, что кто-то пытается установить с ним мысленную связь, причём этот «кто-то» прекрасно знал, что сломить его защитные барьеры будет непросто, но тем не менее шёл напролом; от его попыток веяло холодом и точным расчётом. Это становилось опасно, и Эрагон, внимательно вглядевшись в затенённые глубины шатра, увидел там маленькую черноволосую девочку. Этот ребёнок отчего-то казался ему знакомым… И он вспомнил: наблюдая за Насуадой в магический кристалл из Эллесмеры, он заметил рядом с нею эту темноволосую, синеглазую малышку. Да, это, несомненно, была она. Девчушка в упор посмотрела на него своими невероятными глазищами и совершенно по-взрослому произнесла:

— Приветствую тебя, Губитель Шейдов! Приветствую тебя, Сапфира!

Эрагон вздрогнул: у этой крошки был голос совершенно взрослого, умудрённого жизнью человека! Облизав внезапно пересохшие губы, он спросил:

— Ты кто?

Девочка молча откинула со лба густые тёмные пряди, и Эрагон увидел у неё на челе точно такой же серебристо-белый гедвёй игнасия, как у него самого на ладони. Только тут он догадался, кто эта девочка.

Все вокруг застыли в полном безмолвии, когда Эрагон пошёл прямо к девочке, а Сапфира, аккуратно просунувшись в шатёр, последовала за ним. Опустившись на колено, Эрагон взял малышку за правую руку и почувствовал, что кожа её горит огнём, словно её пожирает лихорадка.