Эрагон. Книги 1-4

 — Тем более что они сопротивляются, даже не пробуя понять, кто именно установил с ними мысленную связь».

«А по-моему, тебе стоит поговорить с каждым из них в отдельности, пока они от страха не объединились и не напали на тебя всем скопом», — посоветовала Сапфира.

«Верно, хотя вряд ли они могут серьёзно угрожать нам. Дю Врангр Гата — название неправильное, что сразу выдаёт их невежество. Правильнее было бы сказать Дю Гата Врангр».

Они остановились в тыловой части войска возле большого красного шатра, над которым развевалось знамя с вышитым изображением чёрного щита с двумя мечами. Фредрик откинул полог, и Эрагон с Ориком вошли внутрь, а Сапфира, оставшись снаружи, лишь просунула в шатёр голову, возвышаясь у них над плечами.

В центре роскошно убранного шатра стоял широкий стол. Насуада склонилась над одним его концом и, опершись на руки, изучала какие-то карты и свитки. Напротив Эрагон увидел Арью, и сердце его бешено забилось. Обе женщины были в полных воинских доспехах, как перед битвой.

Насуада обернулась к нему.

— Эрагон?! — прошептала она.

Он и сам не ожидал, что так обрадуется, увидев её. С широкой улыбкой он приложил руку к груди и коснулся пальцами губ в эльфийском приветственном жесте.

— К твоим услугам, госпожа моя.

— Эрагон! — В голосе Насуады теперь звучала откровенная радость. (Арья тоже была обрадована.) — Как это ты умудрился так быстро получить наше послание?

— Я никакого послания не получал. Я узнал о войске Гальбаторикса, читая чужие мысли, и в тот же день покинул Эллесмеру… — Он снова улыбнулся, читая удивление на лице Насуады. — Хорошо, что я снова с варденами!

Но Насуада не сводила с него встревоженных глаз.

— Что с тобой случилось, Эрагон?

«Арья, должно быть, ничего ей не сообщила», — заметила Сапфира.

И Эрагону пришлось самому подробно рассказать Насуаде о том, что с ними произошло с тех пор, как они покинули Фартхен Дур. Он понял, что довольно многое она уже знает либо от гномов, либо от Арьи, однако слушала очень внимательно, не перебивая. Кое-что

Эрагону пришлось опустить — он ведь дал слово никому не рассказывать о существовании Оромиса и Глаэдра, да и многие из усвоенных им на занятиях знаний и умений также не подлежали разглашению. Зато он подробно рассказал Насуаде о своих новых способностях и о том риске, что с ними связан. А о празднестве Агэти Блёдрен он лишь упомянул да заметил, что «во время этого праздника благодаря магическому искусству драконов во мне и произошли все те перемены, которые ты видишь: меня одарили многими физическими возможностями эльфов и полностью вылечили спину».

— Значит, твой шрам исчез? — спросила Насуада. Он кивнул.