Эрагон. Книги 1-4

Левая «тень» тряхнула перьями, торчавшими у нее из баш­ки, и вдруг испустила тот самый пронзительный стрекот, ко­торый Эрагон ошибочно принял за крик белки. Ей ответили еще две твари, а лес откликнулся на их вопли звонким эхом.

Эрагон уже подумывал, не установить ли с неведомыми «тенями» мысленную связь, но, вспомнив встречу с фангхурами на пути в Эллесмеру, решил от подобной попытки отказаться: сейчас нельзя было подвергать себя бессмыс­ленному риску."

"Тихим голосом он произнес: «Эка аи фрикаи ун Шуртугал», что означало «я — Всадник и друг».

«Тени», как ему показалось, уставились теперь прямо на него, и на мгновение в лесу стало совсем тихо, если не считать нежного бормотания ручья. Затем «тени» снова принялись трещать, а глаза их засверкали, как раскален­ное добела железо.

Но и через несколько минут черные «тени» по-прежнему не сделали ни одной попытки напасть на Эра­гона, как, впрочем, и удаляться никуда не собирались. Эрагон выпрямился и осторожно занес ногу, намереваясь перепрыгнуть с плоского камня на берег.

Это движение, похоже, встревожило жутких тварей, и они пронзительно заорали в унисон, пожимая плечами и отряхиваясь. И Эрагон вдруг понял, что на ветвях дерева сидят не «тени», а четыре крупных филина, и на круглых головах у них «рожки» из пышных перьев, а сами они вовсе не черные, а покрыты пестрым, пятнистым оперением. Фи­лины открывали свои желтые клювы и что-то сердито ему кричали — в общем-то, ругались они действительно в точно­сти, как белки. Потом филины расправили мощные крылья, бесшумно взлетели и вскоре исчезли в темной лесной чаще.

— Барзул! — выругался Эрагон, перепрыгнул на берег и поспешил на стоянку, помедлив немного лишь для того, чтобы собрать на опушке полную охапку хвороста.

Присоединившись к ожидавшей его Сапфире, он поло­жил хворост на землю и стал создавать магических стра­жей — столько, сколько сумел придумать. Даже Глаэдр под­сказал ему одно заклинание и сочувственно заметил:

«Никого из этих существ здесь не было, когда — вскоре после сражения — мы с Оромисом здесь побывали. Все они не такие, какими должны быть! Магия, которая насквозь пропитала эту землю, исказила и извратила всех, кто здесь живет. Теперь Врёнгард стал очень плохим местом, испол­ненным зла!»

«О каких существах речь? — спросила Сапфира, зевая так, что становилось страшно. Эрагон поделился с нею сво­ими впечатлениями, и она сказала: — Надо было тебе взять меня с собой. Я могла запросто слопать и эти личинки, и этих птиц, похожих на тени. Тогда тебе нечего было бы бояться».

«Сапфира!»

Она скосила на него один глаз:

«Я голодна, маленький брат.