Эрагон. Книги 1-4

Стоило ему закрыть глаза, и он видел перед собой, как Муртаг бьет Насуаду, как варварски тащит ее за волосы; он видел перед собой покрытую чешуей когтистую лапу Торна, который хва­тает Насуаду и Муртага и уносит свою добычу в ночную тьму. Воспоминания об этом были мучительны. Они каждый раз заставляли Эрагона чувствовать собственное ничтожество, но не вспоминать случившегося он не мог.

Когда участники высокого собрания разошлись, Эра­гон сделал знак Рорану, Джормундуру и Арье, и те без лиш­них слов последовали за ним в его палатку. Там они еще не­которое время советовались, планируя завтрашний день. Эрагон, чувствуя себя крайне неуверенно, задал им немало вопросов.

— Совет Старейшин наверняка отнесется к тебе не слишком хорошо, — сказал ему Джормундур. — Они отнюдь не считают тебя столь же умелым политиком, как Насуада, и попытаются этим предлогом воспользоваться. — Джор­мундур казался неестественно спокойным, но Эрагон знал, как страшно потрясло его исчезновение Насуады, и пони­мал, что сейчас этот закаленный в боях воин находится на грани нервного срыва и вполне может неожиданно разры­даться, или взорваться от гнева, или и то и другое.

— Но ведь политик из меня действительно никакой, — согласился Эрагон.

Джормундур кивнул:

— Да, это так, но ты тем не менее должен держаться. Кое в чем я постараюсь тебе помочь, но в основном все бу­дет зависеть от того, как ты будешь держаться. Если ты по­зволишь им на тебя давить, они решат, что теперь во главе армии стоят они, а вовсе не ты.

Эрагон озабоченно глянул на Арью и Сапфиру.

«Ничего не бойтесь, — сказала Сапфира, обращаясь сразу ко всем. — Никто не сможет взять над ним верх, пока я стою на страже».

Когда их «маленькое» совещание закончилось, Эрагон выждал, когда Арья и Джормундур уйдут, а Рорана удер­жал, поймав за плечо, и спросил:

— Ты действительно так думал, когда говорил насчет битвы богов?

Роран удивленно уставился на него:

— Конечно! Ты, Муртаг, Гальбаторикс — все вы слиш­ком могущественны, чтобы с вами мог справиться обыч­ный человек. Это, в общем, неправильно. Несправедливо. Но это так. Мы, все остальные, словно муравьи у вас под башмаками. Ты хоть представляешь, скольких ты убил просто голыми руками?

— Увы, слишком многих!

— Вот именно. Я рад, что ты с нами, что сражаешься за нас, я рад, что могу считать тебя своим братом во всем, кроме фамилии, но я бы предпочел, чтобы нам, варденам, не нужно было полагаться ни на Всадника, ни на эльфа, ни на кого-то из магов, чтобы победить в этой войне. Мы не должны полностью зависеть от кого-то одного. Так, как это выходит сейчас. Это нарушает равновесие в мире.

И с этими словами Роран быстро вышел из палатки.

А Эрагон рухнул на лежанку с таким ощущением, слов­но его ударили в грудь.