Эрагон. Книги 1-4

Солембум ударил еще раз, и раззак, пролетев через весь зал, бесфор­менной кучкой приземлился под стеной, несколько секунд еще подергивался, а потом затих.

Кот зашипел, прижимая к черепу здоровое ухо, за­тем вывернулся из набедренной повязки, которая те­перь совершенно нелепо болталась у него где-то повы­ше задних лап, подошел ко второму яйцу, сел возле него и стал ждать.

— Что же ты с собой сделала? — ужаснулась Анжела, подбегая к Арье. Та устало подняла голову, но даже не по­пыталась ответить.

Тремя быстрыми взмахами своего бесцветного меча травница перерубила оставшиеся оковы с такой легко­стью, словно закаленный металл был не прочнее обычной головки сыра.

Арья упала на колени и свернулась клубком, прижимая к животу искалеченную руку. Второй рукой она судорожно выдирала изо рта кляп.

Затем Анжела несколькими ударами меча освободила руки и ноги Эрагона, жжение у него в плечах сразу умень­шилось, и он наконец смог вытащить изо рта проклятую затычку.

— Мы думали, ты погибла, — хриплым голосом вымол­вил он, еле ворочая языком."

"— Им бы пришлось как следует постараться, чтобы меня прикончить. Сапожники, что с них возьмешь!

Арья, по-прежнему свернувшись на полу клубком, на­чала выпевать слова исцеляющего заклятия. Слова были нежные и звучали несколько напряженно, но она ни разу не ошиблась, не произнесла ни одного неверного звука.

Пока она трудилась над своей искалеченной рукой, Эрагон залечил порез у себя на ребрах, а также ссадины на кистях рук и, махнув рукой Солембуму, попросил:

— Подвинься-ка.

Кот-оборотень недовольно вильнул хвостом, но все же немного подвинулся. И Эрагон, подняв правую руку, воскликнул:

— Брисингр!

Столб синего пламени охватил второе яйцо. Зародыш внутри его пронзительно заверещал: это был жуткий, со­вершенно неземной звук, более похожий на звук рвущегося металла, чем на крик живого существа.

Прищурившись и прикрывая глаза ресницами от страш­ного жара, Эрагон с удовлетворением смотрел, как догорает яйцо. «И пусть это будет последний из них», — думал он. Ког­да скрежет внутри яйца прекратился, он загасил огонь, и на­ступившая после этого тишина показалась ему неожиданно оглушительной. Даже Арья перестала выпевать свое исцеля­ющее заклятие. На несколько мгновений все в зале замерло.

Первой зашевелилась Анжела. Она подошла к Солембу­му и наклонилась над ним, что-то шепча на древнем языке, оглаживая кота, приводя в порядок его поврежденное ухо и залечивая прочие раны.

Эрагон опустился возле Арьи на колени и осторожно коснулся ее плеча. Она подняла на него глаза, слегка ше­вельнулась и, медленно распрямив согнутое тело, пока­зала ему свою изувеченную руку.