Эрагон. Книги 1-4

Гарцвог свернулся клубком и вскоре заснул, лежа на боку и положив свою огромную голову прямо на землю. А Эрагон, завернувшись в плащ и прислонившись спиной к пеньку, еще долго сидел, глядя в небо, на медленно перемещающиеся звезды и то погружаясь в сон наяву, то снова из него выныривая.

К концу следующего дня они увидели впереди Беорские горы, сперва казавшиеся всего лишь призрачными тенями где-то на горизонте. Затем их острые грани, окрашенные в белое и пурпурное, стали видны более отчетливо, а по мере приближения вечера отдаленный горный хребет обрел наконец и вполне реальные черты. Теперь Эрагон уже мог рассмотреть темную полосу леса у его подножия и еще более широкую полосу значительно выше первой — сверкающие вечные льды и снега. Скалистые вершины гор выглядели совершенно неприступными; и ни одно дерево не росло на этих голых, серых скалах; даже снег не мог удержаться на их крутых склонах и весь ссыпался вниз. Как и в первый раз, когда Эрагон увидел эти горы, их чудовищная высота и мощь произвели на него подавляющее впечатление. Все его чувства и инстинкты словно восставали, отказываясь признавать существование таких громадин, однако он прекрасно понимал, что глаза и не думают его обманывать: эти вершины действительно вздымались в среднем на десять миль в высоту, а некоторые пики были еще выше.

Эрагон и Гарцвог в ту ночь не стали останавливаться и продолжали бежать даже в темноте. Бежали они и весь последующий день. Когда наступило утро, небо разъяснело, но Беорские горы по-прежнему закрывали весь горизонт, и лишь к полудню между двумя вершинами прорвались наконец первые лучи солнца, заливая потоками света землю, окутанную каким-то странным то ли туманом, то ли полумраком. Эрагон, решив сделать короткую остановку на берегу ручья, несколько минут в молчаливом восхищении разглядывал открывшуюся перед ним картину.

Пока они обходили очередной выступающий отрог, Эрагон все сильнее проникался ощущением, что они движутся примерно по тому же маршруту, по которому летела тогда из Гилида в Фартхен Дур Сапфира, неся на спине их с Муртагом и истерзанную пытками Арью. Ему даже казалось, что он узнал то место, где они разбили лагерь после того, как пересекли пустыню Хадарак.

Долгие дни сменялись еще более долгими ночами, но Эрагон и Гарцвог упорно продвигались вперед. Бежали они теперь то с удручающей медлительностью, то с удивительной быстротой, но, увы, каждый последующий час был настолько похож на предыдущий, что Эрагону уже начало казаться, что их тяжкий поход никогда не закончится. При этом возникало еще одно странное и весьма мучительное ощущение: ему казалось, что некоторые отрезки пути они преодолевают уже далеко не в первый и не во второй раз.