Эрагон. Книги 1-4

"

"И Эрагон повернулся лицом к многочисленной толпе. Язык его сразу же пересох, в голове не осталось ни одной мысли, и в течение нескольких секунд, охваченный паникой , он думал только о том, что владение речью по-прежнему не самая сильная его сторона, и сейчас он попросту опростоволосится перед собравшимися варденами. Где-то послышалось ржание лошади, но в целом над лагерем висела пугающая тишина. Охвативший Эрагона паралич прервала Сапфира. Ткнув его мордой в локоть, она сказала:

«Скажи им, какая большая честь для тебя — пользоваться их поддержкой, как ты счастлив, что снова оказался среди них».

Воспользовавшись ее помощью, Эрагон ухитрился-таки вымолвить несколько слов и при первой же возможности умолк, поклонился и отступил назад.

Заставив себя улыбаться, пока вардены хлопали в ладоши, восторженно кричали и стучали мечами по щитам, он воскликнул, мысленно обращаясь к Сапфире:

«Это было ужасно! Лучше еще раз с Шейдом сразиться, чем выступать перед такой толпой!»

«Вот как? Но ведь это было вовсе не так уж трудно, Эрагон».

«Да нет, очень даже трудно!»

Из ноздрей Сапфиры вырвались облачка дыма, и она насмешливо фыркнула:

«Хорош же ты, настоящий Всадник, который боится выступить перед толпой почитателей! Если бы Гальбаторикс знал об этом, он бы мигом с тобой расправился. Заставил бы тебя произнести речь перед его войсками, вот ты бы от страха и умер. Ха-ха-ха!»

«И совсем не смешно!» — проворчал Эрагон, но Сапфира все еще продолжала безмолвно хихикать.

15. Ответ королю

После обращения Эрагона к варденам Насуада жестом подозвала к себе Джормундура.

— Пусть все, кто здесь присутствует, немедленно вернутся на свои места. Если сейчас на нас кто-то нападет, то наверняка застанет нас врасплох.

— Да, госпожа моя.

Поклонившись Эрагону и Арье, Насуада, опершись левой рукой на руку короля Оррина, вместе с ним вошла в шатер.

«А как же ты?» — спросил Эрагон Сапфиру, следуя за ними. Но, вступив в шатер, увидел, что его задняя стенка поднята и привязана к раме, так что и Сапфира, просунув внутрь голову, могла участвовать во всем, что там происходит. Не прошло и нескольких минут, как ее сверкающая голова и шея показались в этом проеме, застилая свет. На красных стенках шатра замелькали пурпурные отблески — отражение солнечных лучей от синих чешуй драконихи.

Эрагон осмотрелся. В шатре почти не осталось мебели после того, как Сапфира произвела там разрушения, стремясь увидеть Эрагона в зеркале Насуады. То, что после этого уцелело, придавало внутреннему убранству командного шатра облик суровый даже по военным меркам.