Эпоха Опустошителя. Том II (СИ)

— ХВАТИТ! РАНКАР ЖЕ…

Вот только дриаду я практически не слышал. Внутри начало пробуждаться нечто чужеродное. Чужеродное и в то же время неосознанно родное. Треск во внутреннем мире стал оглушительным. Честно сказать, понятия не имею, что на это повлияло, но трещал не сам мир. Трещали печати сразу на двух колоннах."

"В данный миг нутро обуревали десятки негативных эмоций. Агрессия, гнев, злоба, ненависть, ярость, раздражение, обида, бессилие и горечь. Наверное, именно эти чувства и стали топливом для разрушения печатей. Ведь в следующую секунду случились сразу несколько вещей, которые изменили мою жизнь до неузнаваемости.

Я видел это. Я ощущал это!

Незабываемое чувство свободы. Грохот печатей и звон оков показался пронзительным. Вначале исчезли до конца все цепи на черном столбе, а через секунду были уничтожены и те, что крепко-накрепко сковали алую колонну.

А через секунды выплеск силы не только заставил меня разлепить залитые кровью веки, но и каким-то чудом оттиск на левой руке ожил, а в пальцах тотчас сформировалась знакомая рукоять спаты.

Наконец-то…

Последнее, что удалось сделать, так это обнажить зубы в окровавленной усмешке и напитав Руну знакомой черно-алой энергией, я на остатках возможностей ткнул клинком вперед.

Лезвие не только спокойно пробило магическую защиту судьи, но и по самую рукоять вошло ему прямо между рёбер, отчего он захрипел и пошатнувшись, отбросил меня прочь.

— МЕРЗКАЯ ТВАРЬ!!! — завыл волком Норон, хватаясь за рану и рывком вынимая из тела клинок. — УБЬЮ!

В ответ же я просто хохотал как безумный, обливаясь собственной кровью, а из-за переломанной грудины даже не получалось встать. Удалось лишь перевалиться на четвереньки и словно озлобленному зверю смотреть на раскинувшуюся сцену.

— Неужели больно… мразь?! — выдохнул сипло я со свистящим звуком в продырявленном лёгком. — Так вот тем детям, которых… ты испепелил, думаю, было… было на порядок больнее… Ты сдохнешь, судья… Когда-нибудь сдохнешь… Но… но я благодарен вам… — пуще прежнего хохотал я. — Ах-ха-ха! Да! Наконец-то! Проклятая первая печать! И сразу вторая. Исчезли… Такой подарок… ХА-ХА-ХА…

— Я прикончу этого выскочку! — прорычал сквозь зубы Норон, быстро направляясь в мою сторону. — Чему он так радуется?!

Однако его внезапно опередил Агдейн, который ударом ботинка опрокинул меня на спину и ногой до очередного хруста в грудине придавил к земле, а его клинок завис в метре над моей головой.

— Я сам это сделаю, — с пренебрежением изрёк наследник ордена.

— Мы готовы умереть, — продолжили шептать мои губы. — Он и я рабы… Рабы своей крови. Он и я рабы своих эмоций. Это выше нас. Давай же, урод. Добей… — затихающим тоном прошелестел язык. — Если не добьёшь, то ты умрёшь. Обещаю тебе. Если я выживу, вы все умрете.