Эпоха Опустошителя. Том II (СИ)

Я никогда не был слаб в боевых искусствах, но сейчас из-за ошеломляющей разницы в силе и рангах от моей былой гордости и высокомерия не оставили камня на камне. Тот мастерски рассекал мой защитный туман, и одновременно плоть до самой кости, а кое-где разрубал и сами кости. Впрочем, боли не существовало. Существовали только нескончаемые бурлящие эмоции, что заставляли игнорировать странную пытку.

Собственная жизнь медленно сжигалась в горниле нескончаемых страданий.

Гаммы превратились в обломки через пару секунд после того, как встретились с клинком из харалуговой стали. Порой удавалась избежать хлестких выпадов от оружия Азаиха и дотянуться до него хотя бы огрызками цепей, но пробить эссенцию и доспех из иллириума было попросту невозможно."

"Вначале я только лицезрел за жалкими попытками неистовства преодолеть разницу в силе, а затем каким-то непонятным образом мне впервые в состоянии третичного неистовства удалось повлиять на ход событий. Мизерная деталь, как обычный шаг или рваное уклонение возымели невероятный эффект.

Пока неистовство рвалось напролом в заданном ритме опираясь лишь на инстинкты и эмоции, рука или же нога, на которые удавалось повлиять лично мне действовали совсем иначе. Такие внезапные выверты стали сбивать с толку правую длань. Тот хмурился всё сильнее с каждой секундой.

Подобное не осталось незамеченным, и оно воодушевило нутро сражаться дальше. Идти вперед, как и обучал этому Бетал.

Шанс имелся всегда. Его лишь необходимо найти. И такой шанс предоставили. На двадцатой секунде так называемого боя произошло невероятное. Я примерно представлял откуда именно взялся черный туман, что окутывал меня, но я понятия не имел откуда взялись на моём защитном покрове тёмно-алые кровавые прожилки.

Не знаю, что именно, но в момент боя что-то изменилось. Каким-то образом всего на мгновение густой иссиня-черный мрак и тёмно-алый поток внутри меня слились воедино. Таким же неизвестным образом они высвободились наружу и перетекли в моё единственное ныне оружие. В огрызок цепи от Гамм.

Наверное, именно этот выпад в большей степени и повлиял на будущее сражение.

Раскалившаяся цепь внезапно не только пробила магическую защиту правой длани, но и стёрла крошечную часть его оборонительной эссенции. Именно сквозь эту прореху моё единственное оружие достигло своей цели. Металл скользнул по податливой человеческой плоти и оставили на шокированном лице Азаиха кровавый росчерк в виде звенья от цепи.

Всего на секунду возникла пауза, а взоры всех присутствующих тотчас обратились на генерала Наказующих и его единственное ранение. От изумления тот рефлекторно мазнул пальцем по кровоточащей ране и поднял на меня яростные глаза.

От произошедшего Агдейн подался вперед.