Извращенные эмоции

Я знал, что ты уступишь моему взгляду на вещи, если я буду доминировать, и учитывая твою историю, я мог предвидеть, что ты почувствуешь. Но это не было сознательным решением напугать тебя.

— Окей.

Он нахмурился.

— Когда я впервые предложил удовлетворить свое сексуальное влечение в другом месте, ты почувствовала облегчение.

Вернемся к теме. Нино никогда не позволял себе отвлекаться.

— Да, но больше не хочу. Я хочу, чтобы у нас был настоящий брак.

— Разве это не настоящий брак? В конце концов, это официально.

Я покачала головой.

— Это не то, что я имею в виду. Я хочу нормального брака. Для меня это означает быть верным и быть близким только со своим партнером. Это значит заботиться друг о друге, проявлять привязанность, пытаться любить друг друга.

Последнее выскользнуло, потому что в глубине души я хотела этого. Нино снова поднялся на ноги и подошел ближе.

— Я могу быть верным, и я могу показать тебе любовь …

— Но ты не можешь любить, я знаю.

Нино удивил меня, обхватив ладонями мои щеки, его глаза потеплели, выражение лица смягчилось.

— Я очень хорошо умею имитировать эмоции, Киара. Если это поможет тебе чувствовать себя более комфортно, я могу изобразить привязанность и даже любовь.

Я посмотрела на него. Без его слов я бы поверила, что нежность на его лице настоящая. Я с трудом сглотнула.

— Не притворяйся, что любишь меня. Не ври.

Выражение его лица снова стало холодным и прекрасным, и мое сердце сжалось.

— Я хочу заботиться о тебе, и даже если я не могу чувствовать эмоции, видя их на твоем лице, особенно счастье и радость, дай мне определенный уровень удовлетворения. Я не могу дать тебе больше.

— Хорошо, — прошептала я, потому что больше сказать было нечего. Этого должно было быть достаточным. Я ожидала от этого союза гораздо меньшего и гораздо худшего. Я не могла обижаться на Нино за то, что он ничего не чувствует.

— Не хочешь ли зайти внутрь?

— Кажется, я больше не в настроении для прогулок, — тихо сказала я.

Он склонил голову набок.

— Понимаю.

— Может, попозже? — тихо спросила я.

— Конечно. — сказал он. — Как насчет того, чтобы я оделся, и мы еще немного потренируемся в стрельбе?

Для него всегда было легко двигаться дальше, потому что ни одна тема не волновала его так сильно, что его мозг не мог продолжать, но я не хотела делать из этого больше, чем это было, поэтому я кивнула.

Он вернулся через полчаса в черных брюках и черной рубашке, в своей обычной одежде. Я так часто видела его в подобной одежде, но сегодня это зрелище поразило меня. Он выглядел высоким, сильным и грациозным, и татуировки на его руках создавали правильный контраст с его прекрасным лицом.

Два пистолета висели в кобуре у него на груди, но я знала, что он прятал еще больше оружия на своем теле.