Девочка Эмина

Так в чем смысл? Почему я все еще здесь? Замуж вы меня выдать не можете… максимум, что уже сделал Давид — это отобрал кольцо, но я все еще ношу фамилию Шах. Сколько еще времени вы будете манипулировать Эмином с помощью меня?

Рустам прищуривается. Медленным шагом он встает из-за стола и направляется ко мне.

Глава 43

Я бы тряслась рядом с ним наедине, если бы не знала, что он несвободен. Если бы не знала, как сильно он любит свою жену.

А его жена на моей стороне.

Поэтому я стойко выдерживаю его приближение.

— Я вижу, встреча с Полиной пошла тебе на пользу, потому что я также слышал, что раньше ты была более покорной.

Да, задел. Но лишь словесно.

Я тоже это умею.

— Заметьте, что за все время, что вы удерживаете меня в разных местах, Эмин не тронул Полину. Не тронул вашу женщину. А вы похитили меня…

— Только вчера его люди едва не изнасиловали ее!

Его крик заглушает остатки моей храбрости.

Я замолкаю, наблюдая за тем, как размашистым шагом Рустам отходит от меня. И с грохотом падает на кожаный стул, сжимая руки в кулаки.

— И-изнасиловали? — заикаюсь я, — этого не может быть… Эмин не мог отдать такой приказ.

— Они ворвались в квартиру и требовали тебя. Не нашли, потому что я перепрятал тебя, Диана. И тогда они попытались изнасиловать мою беременную жену, а ведь мне ничего не стоило выдать тебя этим шакалам…

На этих словах Рустам понижает тон:"

"— А теперь ответь мне, Диана: после этого я достаточно мягко требую ответы на свои вопросы?! — цедит Рустам, глядя на меня исподлобья.

— Мне жаль, что такое случилось, — тихо шепчу в ответ, — но также я уверена, что варвары, напавшие на вас, это не люди Эмина. Это был не он. К тому же, мой муж никогда бы не прибегнул к таким методам.

— Возможно, ты плохо знаешь Эмина, — поджимает губы.

— Нет, — качаю головой, — я говорю правду. Он всегда работает один. Если я предлагала ему помощь, это могло закончиться пощечиной.

— Пощечиной? — в глазах Басманова царит удивление.

Я опускаю взгляд.

Говорить об этом было неприятно.

— Он считает это оскорблением. Он один и сам. Всегда и везде… — кусаю губы взволнованно.

— И часто он так тебя бьет?

Я молчу, кусая губы.

Он не бьет. Раньше было… но я должна была это стерпеть.

Потому что в Волгограде есть один человек, ради которого приходится ждать и терпеть.

— Хорошо, давай так. И почему тогда ты хочешь к нему вернуться? — недоумевал Басманов-старший.

— Он единственный, кто может спасти мою маму. Но я здесь не для того, чтобы жаловаться. Вы позвали меня за другим, — хмуро напоминаю ему.

— То есть, не лезь не в свое дело, дядя? — хмурится Рустам в ответ.

— Именно, — холодно отвечаю я, — поэтому Эмин не мог отдать такой приказ. Даже когда Альберт предложил ему союзничество, Эмин его едва не убил. Никаких людей он нанимать не станет.