Девочка Эмина

Сколько продлятся переговоры с Эльдаром — одному богу известно. Поэтому спрятал я его надежно, а добирался сюда, меняя машины.

Я вошел в плохо освещаемую старую комнату. Дом на отшибе — отличное место для того, чтобы спрятать пленника.

Сейчас мы выясним, кто ты такой, Максим Ковалев.

— Кто здесь?

Я поморщился. Голос затасканный, он уже не впервые чувствует наручники на своих руках. Делаю взмах рукой здешней охране.

— Снимите наручники. Это наш гость, а не пленник, — велю я.

Я обещал Рустаму не трогать его.

Звяканье металла. Секунды до свободы. Возле меня охрана, а Ковалев не так уж и глуп, чтобы бросаться на своего спасителя.

— Ты еще не подозреваешь об этом, но я тебе не враг, Максим, — сообщаю ему.

Настороженным взглядом он впивается в мое лицо.

Брат с сестрой. А они сильно похожи. Я видел фотографии Полины Ковалевой. Красивая, не зря Рустам обезумел по ней в край.

Настолько красивая, что Рустам отдал мне главную слабость своей семьи. Чем все-таки Ковалев помешал Эльдару? Узнаем. Выясним.

— Считай, твоя сестра тебя спасла, Ковалев, — усмехаюсь я, — перейдем к делу. Ты здесь, чтобы я вернул свою жену. Как только Давид с Эльдаром вернут ее мне, ты будешь свободен. Расклад понятен?

— Свободен или отправлен обратно к Басмановым? — уточняет парень.

Весьма башковитый. Не зря занимался бизнесом, хватка есть.

— Свободен.

Ковалев кивает.

— И пытать меня не будут? — цедит он с прежней жестокостью.

— Понимаю, условия здесь не шикарные, — осматриваю обветшалую комнату, — но это единственное место, где Эльдар не найдет тебя. Ведь он грезит от тебя избавиться, я прав?

— Я помню, — морщится Ковалев, и его взгляд вспыхивает, — Карина… мне ничего не говорили о ней. С Кариной и моей сестрой все в порядке?!

— Если ты про дочь Эльдара, то мне неизвестно. А про сестру свою у Рустама спросишь… при удобном случае, — ухмыляюсь я.

— Полинка… — шепчет он как-то обреченно, — я должен их спасти. Карина носит моего ребенка.

Я едва не присвистнул.

Даже выбивать правду не пришлось. Сам рассказал. С потрохами себя выдал. От отчаяния. От надежды, что я помогу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Но в чужое логово я не полезу… если не вынудят. Если Диану не вернут.

— Так вот почему ты имеешь такую ценность, — понимаю я, — а я все гадал, почему Эльдар так медлит… Неужто не хотел убивать отца своего внука?

— Он бы меня все равно грохнул, — скалится парень, — через три дня. В последнюю встречу он вынес такой вердикт.

— Почему три дня?

— Чтобы мучился в ожидании смерти, — ухмыляется Ковалев."

"Кажется, он понял. Понял, что я его спаситель. Или палач… тут как пойдет.