Девочка Эмина

Теперь Анархист не желает меня видеть. Впрочем, толку от него все равно нет — отец закрылся в своем особняке и трясется как осиновый лист, загнанный Эльдаром в ловушку страха.

Жалкий трус.

Протягиваю один бокал с виски Альберту.

Союзник молчит, словно чего-то выжидая. Я осушаю бокал, глаза затуманиваются. До дна. Наливаю себе еще.

Возможно, поэтому он здесь.

Чтобы меня тоска не сожрала.

Удивительно, а ведь раньше я мог жить без нее. Диана тогда еще маленькая была, моя сибирская девочка. Я не трогал… ждал.

А теперь без шансов. Нет ее, нет меня."

"— Так кто тебе сообщил о покушении на Анархиста? — нарушает тишину Альберт.

— Арбин.

— Хорошо известный в узкий кругах, — присвистнул Альберт, — хотел укрепить союз с будущим хозяином города?

Альберт задает не те вопросы. Этим он мне не нравится. Впервые в жизни я работал с кем-то, и один черт знал, чего ждать от этого союза.

— Пусть он и ублюдок, но я сам решу, когда Анархист умрет, — чеканю я.

— Ты справишься и без Булата, Эмин, — в который раз меня убеждает Альберт в моих же силах, — старик ведь из ума выжил. Не займешь место ты, займут другие. Желающих много.

С грохотом ставлю бокал на столешницу. Виски разливается крупными каплями. Третий бокал не допил. Не успел.

— Я сказал: довольно! Мне сейчас не до Булата. Твоя задача Диану перехватить в Москве, когда настанет время.

— Пока он жив, ты дальше не сунешься! — психует Альберт, продолжая гнуть свою линию, — нам он мешает, ты понимаешь, Эмин?

Я поворачиваюсь, смотря на него убийственным взглядом.

— Нам мешает? Или тебе?

Альберт тяжело вздохнул.

Я прищурился. Остынь, братишка. Чего нервничаешь?

— Напомни-ка мне, какая тебе выгода помогать мне с Басмановыми?

— Я говорил, — оправдывается Альберт.

— Так повтори, — приказываю тихо.

— У меня с ними свои счеты. С Давидом особенно. За пулю вот здесь, — подносит палец к шраму и криво ухмыляется.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Одна его половина улыбается, но другая остается безмолвной.

— Я хочу, чтобы мы с тобой вместе правили, Эмин. Видишь, мы уже вместе против Басмановых идем. Дальше — больше. Как истинные братья.

Прикрываю глаза. Не братья мы. Лишь союзники.

Он и против Басмановых хочет, и против Анархиста. Но сам толком не делает, лишь в уши жужжит. А мне чуйка подсказывает, что с Рустамом дружить надо. Пока дружится, конечно.

Осушаю третий бокал виски.

— Планы наполеоновские у тебя, как вижу, — цежу я, возвращаясь мыслями к моей маленькой, — сначала ты мне Диану вернешь, как договорились. Потом обсудим остальное. Это проверка для тебя, Альберт.

Альберту эта проверка не нравится.