Идеальная Эльза

 – Убийство? Да как тебе такое вообще в голову пришло!

И Кристиан не стал ее спрашивать, любила ли она этого прохвоста Манчини. Ему были безразличны чувства Берты, но история вызывала глухую тоску. Ни одна пылкая страсть не должна стоить этакой прорвы денег.

Уже глубокой ночью подъезжая к фабрике, Кристиан нашел силы посмеяться над собой. Он идиот, раз доверился двум сироткам, которые всех и вся были готовы заклеймить убийцами.

Он ведь едва не поверил, что его решила отравить собственная жена.

Едва не уволил Катарину.

Все оказалось куда проще и куда отвратительнее.

Вот почему Берта позволила ему перевести Хельгу в общественную школу – ее голова была забита совсем иными заботами. Деньги в конечном итоге правят этим миром.

Подергав за калитку, Кристиан обнаружил, что она заперта.

А ведь Лоттар что-то говорила о том, что Хауслер боится промышленного шпионажа.

– Эй, – закричал Кристиан, однако безо всякой надежды быть услышанным.

Но за высоким забором мелькнул тусклый свет керосинки и раздался крик:

– Уходите, иначе я стреляю!

– Хауслер! – закричал Кристиан с досадой. – Вы же больше не в деревне! Что же вам никак неймется?

– Эрре? – Из-за груды деревянных ящиков появилась долговязая фигура. – Кой черт вас принес среди ночи?

– Мне нужна Лоттар.

– Сейчас? – Хауслер перекинул ружье за плечо и зазвенел ключами. – Да вы сбрендили, дружище. Что бы у вас там ни стряслось, врываться в комнату спящей Лоттар – самоубийство.

Он пропустил Кристиана внутрь и принялся закрывать калитку. Неровный свет выхватил его лицо – заросшее щетиной и с лихорадочно горящими глазами. Хауслер был похож на сумасшедшего.

– Вы вот-вот свалитесь от усталости, – сказал Кристиан. – К чему такие крайности?

– Люди жадны, хитры и опасны. Я никому не позволю украсть у меня дело всей жизни. Мы уже начали собирать опытный образец, и тут ухо надо держать востро.

– Патент принадлежит нам, и даже если…

– Просто идите уже к Лоттар, и да поможет вам Бог. – Хауслер нетерпеливо вручил ему керосинку и скрылся за углом.

– Приют умалишенных, – резюмировал Кристиан и двинулся к зданию фабрики.

Несколько раз запутавшись в хитросплетениях коридоров, он наконец нашел комнатку, в которой жила Лоттар. Но стоило ему легко постучать и толкнуть дверь, как прямо в лицо Кристиану уставилось дуло револьвера.

– Кристиан Эрре! – вскричала Лоттар возмущенно. – Что за безрассудство? Вам жизнь не мила?

Лохматая, в белой монашеской ночной рубашке, она сидела на кровати, похожая в свете газового светильника на взбудораженную ведьму.

– Я ведь едва вас не пристрелила. – Лоттар от души зевнула, сунула револьвер под подушку и снова рухнула на кровать, закрыв глаза.

– Добрый вечер.