Элоиза, дочь короля

Мужчина был более собран, ему позволили взять жену за руку и крепко сжать, после чего их развели в разные стороны. Палач деловито откинул крышку бочки и кузнец по приставной лестнице поднялся наверх. Женщину подвели к висящей верёвке, и закрепили её на тонкой шее.

Вдруг супруга кузнеца вскинула голову и повела глазами, словно ища кого-то. А через мгновение наши взгляды встретились и не знаю, что на меня нашло, но я беззвучно прошептала:

""Простите"".

И молодая женщина слабо мне улыбнулась. От этого стало так тошно, что выть захотелось.

Сглотнув подступившую к горлу тошноту, опустила голову вниз, делая вид, что поправляю рукав выходного платья.

— Лои, смотри, — азартно шепнул Роберт, — всё самое интересное пропустишь!

Я не послушала совета брата, и не поднимала глаза до самого конца казни.

Но я всё прекрасно слышала. И никогда не забуду тех звуков, что издавала умирающая женщина.

* * *Ночью мне не спалось. Мучили кошмары и сильно болел низ живота. Приняв сидячее положение, посмотрела на тлеющие угли в жаровнях, кинула взгляд на топчан, где сладко похрапывая, спала нянька, откинула одеяло и опустила ноги на каменный пол. Натянув домашние мягкие туфли, вышла сначала в гардеробную, затем в гостиную. Хотелось посидеть у камина и посмотреть на пляшущие языки живого огня в очаге.

Шла я практически бесшумно. Двери открывались без единого скрипа. Стараясь не разбудить девочек-фрейлин, спавших в противоположном углу, я тихо пробралась к камину, обогнула кресло с высокой спинкой и так и застыла, чувствуя, как от изумления отваливается челюсть.

Дежурившая сегодня Анна Пайп самая младшая из моих фрейлин, и моя ровесница, засунув руку по локоть в огонь, увлечённо гладила оранжевые язычки, подкидывала их вверх, затем ловко формировала огненный шарик и прокатывала его от ладони до локтя и обратно.

Насмотревшись на это чудо, я не сдержалась и тихо спросила:

— Анна, как ты это делаешь? — девушка резко вздрогнула и, скинув пламя в камин, упала передо мной на колени.

— Ваше Высочество, только не казните! Я не специально!

Глава 4

Я не о власти солнца над снегом

И не о власти юной любови —

А человека над человеком, —

Власти жестокой смерти и крови.

Анисим Кронгауз

— Леди Анна Пайп, — строго сказала я, — немедленно встаньте с колен. Сядьте и расскажите всё с самого начала.

Девушка, тихо всхлипнув, медленно, чуть пошатнувшись, поднялась с колен и села в одно из двух стоящих у камина кресел.

— В-ваше Высочество, не казните, — ну сколько можно! я демонстративно закатила глаза, давая понять, что уже устала слышать одно и тоже, и Анна открыла рот, чтобы продолжить, как рядом на колени плюхнулось ещё одно юное чудо в перьях — леди Катрин Денни, вторая дежурная на сегодняшнюю ночь фрейлина.