Скиф-Эллин

Фессалийцы вместе с частью гетайров навалились с тыла. Фалангисты из задних шеренг и стоявшие крайними справа, направили в нашу сторону свои длинные копья, но продержались недолго. Фессалийцы быстро протиснулись между копьями задних шеренг и начали рубить всех подряд. Вклинился в фалангу и я с бессами. Рубил саблей справа от себя, стараясь попадать ниже шлема. Из доспехов у греков-гоплитов были только шлемы и поножи. Самое забавное — многие владельцы поножей были босыми. То, что между этими двумя доспехами, должен был спереди прикрывать щит. Но мы напали сбоку и сзади. Рубили быстро, не выцеливая, не заморачиваясь. Чем быстрее закончим, тем быстрее отдохнем. Некоторые фалангисты пытались отбиваться, бросив щит и достав короткий меч. В основном тыкали им лошадям в морду, убив несколько бедных животных. За что сами были уничтожены с особым неистовством. Одному греку буквально нашинковали ромфеей голову, как кочан капусты, сперва сбив с нее шлем.

Поняв, что вот-вот сам окажусь на копьях македонской фаланги, я начал поворачивать коня влево, выбираться из побоища. Сражение выиграно, незачем перенапрягаться. Богатой добычи здесь не предвидится. Что возьмешь с голодранца-фалангиста?! Надо возвращаться к тому месту, где сражались с конниками. Там хотя бы доспехи дорогие можно снять и коня поймать. Моему примеру последовали бессы и многие фессалийцы. Пусть остальную грязную работу доделывают гетайры. Все равно вся слава достанется только македонцам.

21

Македонская армия движется к городу Милет, как сейчас называется Милаванда. Вот уж не думал, что придется побывать там еще раз. Интересно будет сравнить с тем, что видел сколько-то, не знаю точно, веков назад. В Милете находится с остатками персидской армии наш главный враг Мемнон. Его надо срочно добить, чтобы ни у кого в Малой Азии не вызывало сомнения, кто теперь главный по бараку. Впрочем, большинство уже правильно поняло и стремительно переобулось в прыжке.

Первыми прибежали фриги, причем всей сатрапией. Наверное, потому, что не греки, что, попав под македонскую раздачу, получат по-полной. Своего сатрапа Арсита, уцелевшего во время сражения, они грохнули по-тихому, сообщив царю Александру, что он с горя покончил жизнь самоубийством. Взамен получили македонца Каласа. Все налоги и пошлины были отменены. Вместо них надо было делать взнос на общее эллинское дело, то есть Александру Македонскому. Не поверите, но взнос был равен отмененным налогам. Кстати, взнос этот назывался знакомым мне со школы словом «синтаксис». Теперь понял, почему оно не нравилось мне со школьной поры.

На следующий день прибыла делегация из Спарды, которую греки называли Сардисом (Сардами), столицы Лидийской сатрапии.