Несносные дочери леди Элизабет

Полки, занимавшие все стены от пола до потолка, были уставлены разнообразными ёмкостями: стеклянные банки, деревянные шкатулки с резными крышками, мешочки из плотной ткани, перевязанные шнурками разных цветов, глиняные горшочки, запечатанные воском. Каждый сосуд был тщательно подписан мелким, но разборчивым почерком. А между рядами банок и коробок виднелись пучки сушёных трав, подвешенные к потолку, словно причудливые сталактиты в подземной пещере.

Пожилой аптекарь, высокий и сухощавый, с заострённым носом и внимательными карими глазами, оторвался от склянок, расставленных перед ним на деревянном столе. Его длинные пальцы, испещрённые тёмными пятнами – следами многолетней работы с растительными красителями, – аккуратно отложили в сторону маленькую серебряную ложечку для измерения порошков.

– Чем могу служить, лейны? – вежливо поклонился он, окидывая нас взглядом, который одновременно выражал профессиональный интерес и лёгкое любопытство к незнакомым лицам в его владениях.

– Мне нужен горный можжевельник, – без промедления начала Амели, деловито осматривая полки с баночками, коробочками и мешочками. Её глаза лихорадочно блестели, как у ребёнка, попавшего в лавку со сладостями. – И если у вас есть морской вереск…"

"– О, редкие травы интересуют молодую лейну? – оживился аптекарь. – Можжевельник есть, свежий, собранный на северных склонах, где он впитывает больше солнца. А вот морской вереск… – он задумался, потирая подбородок жестом, выдающим многолетнюю привычку. – Есть немного, но он дорог. Пять серебряных за унцию.

– Пять серебряных? – Амели нахмурилась, и между её бровями появилась маленькая складка. – Многовато.

– Лейна знает цену, – одобрительно кивнул аптекарь. Он явно не ожидал встретить в своей лавке покупательницу, разбирающуюся в стоимости редких трав. – Но мой вереск собран в полнолуние, на Туманном мысе, где волны омывают скалы и наполняют растение особой силой. Такой не у каждого найдётся.

Начался долгий торг, во время которого Амели показала удивительные знания о свойствах и происхождении трав, чем явно заслужила уважение старого аптекаря. Её пальцы нежно касались сухих листьев, растирая их между подушечками и поднося к носу, чтобы оценить аромат. Она безошибочно определяла время сбора по цвету и запаху, могла отличить настоящий вереск от дешёвой подделки и знала, какие признаки выдают низкокачественный товар.

В итоге она приобрела не только морской вереск и можжевельник, но и редкую лунную росу, чешую серебристого папоротника и крошечный пузырёк с маслом белой орхидеи, которое аптекарь хранил в дальнем шкафчике для особых клиентов. Он доставал его с таким трепетом, словно речь шла о драгоценном камне, а не о растительном экстракте.