Экзотеррика

«Кольт» – на крайний случай!

Бросились кто куда: Рушевский с пушистиком – в «лодку», Дамир со своим «терминатором» – ко входному люку.

Шум, доносившийся из глубин Опухоли, начал постепенно нарастать. Через несколько минут он достиг апогея, напоминая топот бегущих по керамическим плитам каких-то мелких подкованных зверей.

– Бен! – позвал Дамир, потея.

– Беги сюда! – ответил Терехов. – Отступаем!

Дамир попятился, не спуская глаз с рубчатой пластины люка, потом метнулся к «лодке».

Рушевский уже спускался на пол ангара, поддерживая пушистика, еле передвигающего ноги, под локоть.

– Ну что?!

– Готово, – сказал навигатор.

«Лодка» за спинами людей закрыла люк и взлетела к потолку, в котором начали раздвигаться створки диафрагмы выпускной аппарели.

– Веди к катерам! – приказал Терехов пушистику. – Кратчайшим путём!

Отступили к центру ангара, обойдя вдоль стены дыру в полу, проделанную «кольтом».

Пушистик открыл незаметную дверь, прячущуюся в нише между двумя рёбрами.

Шум в конце зала выкатился потоком дробного топота, космолётчики оглянулись и увидели ВИП-армию иерархов Опухоли, призванную охранять их и обслуживать.

– Индюки?! – охнул Артур.

– Страусы… – отозвался Рушевский.

Конечно, это были не индюки и не страусы, хотя очертаниями эти механизмы и напоминали земных нелетающих птиц. У них было по две лапы, намёки на крылышки с боков и узкая хищная голова на длинной шее, клюв которой больше походил на лезвие «меча», обнаруженного землянами в арсенале Опухоли. Но вместо перьев «микростраусы» (сантиметров двадцать в высоту) были покрыты сверкающей металлом чешуёй, и ноги у них были не птичьи, а скорее лошадиные.

– Ну и красавцы! – прокомментировал Рушевский.

Вслед за «микростраусами» в ангар влетела струя наноботов в форме змеи, обвившая всё стадо роботов. Не было сомнений, что именно они и управляли ВИП-защитниками пушистиков.

Клюв в форме лезвия «меча» первого выбежавшего робота вытянулся в направлении на машину, похожую на танк без пушки, за которой прятались земляне.

Дамир хотел было предупредить спутников об опасности, угадав сходство между лезвием-клювом «микрострауса» и «мечом», но не успел.

Лезвие выстрелило, удлиняясь на два десятка метров, превращаясь в полосу прозрачного пламени, и пробило корпус «танка» насквозь.

Удар, треск, визг, шипенье!

«Танк» развалился на две части.

– Бегом! – выдохнул Терехов.

Замершие на мгновение космолётчики нырнули в люк…

Глава 19. На дне

Боярский первым заговорил о показавшихся ему подозрительными несоответствиях в поведении членов экспедиции и экипажа на борту «Великолепного».