Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Передай, что в случае отказа я попрошу его об этом лично, и тогда дело таким объемом точно не ограничится.

Но головорез не стал выполнять приказ и даже выразил свои сомнения вслух.

– Ты и в самом деле решил довериться этой сухопутной крысе? – кивнул он на Валентина.

Ничего не ответив, я выдернул свой дорожный сундук из-под ног вальяжно развалившегося на лавке Эдварда, откинул крышку и принялся копаться в шкатулке с ядами старой ведьмы.

Первым под руку попался пузырек с настоем рубинового оттенка, его убрал в карман, а вот знакомую бутылочку с прозрачной жидкостью зажал в кулаке и вместе с ней вернулся к обеспокоенному затянувшимся молчанием Валентину.

– Не волнуйся, мы все в одной лодке, – заявил я, потом встал за спиной усача и склонился к его уху. – Ведь так, Валентин?

– Так, – подтвердил Дрозд, – хоть мне и придется распрощаться с мечтой стать маркизом и главой дворцовой Охранки, но жизнь дороже. Лучше синица в кула…

Не дослушав, я стиснул пальцами нижнюю челюсть Валентина и влил бесцветное содержимое зажатой в руке бутылочки в его распахнутый рот. Усач выпучил глаза и замотал головой, но резкий удар под дых заставил его проглотить отраву.

Пусть не всю, но хватит и этого.

– Что ты сделал?! – взвыл он, продолжая яростно отплевываться. – Что это было?!

– Яд, – коротко объяснил я и, потеряв интерес к пленнику, поторопил Хмурого: – Возвращайся как можно скорее. И раздобудь где-нибудь золотую фиксу.

– Вы будете здесь?

– Да, придется задержаться.

Головорез вышел, а Валентин судорожно сглотнул и спросил:

– Решил посадить меня на короткий поводок? Если не стану плясать под твою дудку, не дашь противоядия?

Я задумчиво поглядел на него и качнул головой:

– На самом деле нет. Через пару минут зелье вызовет паралич, и следующие несколько часов станут последними в твоей жизни.

– Но зачем?!

– Око за око? – с вопросительной интонацией произнес я, обращаясь непонятно к кому, и сам себе ответил: – Нет, Валентин, все намного прозаичней. Я прагматик, знаешь ли.

– Без меня тебе не подобраться к герцогу! – прошептал Дрозд немеющими губами. – Он все выяснит… тебя найдут… всех вас…

Я невесело рассмеялся и повернулся к Эдварду Роху, озадаченному происходящим ничуть не меньше усача.

– Вы же с ним договорились, нет? – перехватив мой взгляд, не стал скрывать тот своего недоумения.

– Скорее нет, чем да, – ответил я и спросил: – Надеюсь, ты набил руку на Клаасе?

– О! – в немом изумлении уставился на меня лучник. – Ты предлагаешь…

– Мне нужно его лицо. Его живое лицо.

Эдвард взволнованно соскочил с лавки, забегал из угла в угол и начал сыпать кучей подробностей. Потом сообразил, что мне это ни о чем не говорит, и перешел на более понятный язык.