Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Пару раз приходилось выжидать в подворотнях, пока протопают мимо стражники, и тогда пальцы мои сводило судорогой, а ладонь леденела, словно сжимала кусок льда, и с каждой минутой вынужденного ожидания холод поднимался по руке все выше, заставляя трястись в лихорадочном ознобе.

Ко всему прочему, застраивались полуночные районы как Святые на душу положат, и узенькие переулки замысловато петляли между обветшалыми двухэтажными особняками и еще даже более запущенными многоквартирными домами.

– Это где-то здесь, – пробормотал я в очередной раз, смахивая заливавший глаза холодный пот. – Мы уже рядом!

Джек издал короткий смешок и поправил меня:

– Да нет, пришли.

Я с удивлением оторвался от шкатулки, а потом и вовсе закрыл ее и вернул приятелю. Действительно – пришли.

– Это то, что я думаю? – Я разглядывал приземистое каменное строение с покатой крышей, прятавшееся за высоким, утыканным пиками забором. Там ярко горели фонари, узкими прорезями темнели на стенах тени окошек и лениво побрехивали цепные псы. Постройка напоминала старинную крепость, а массивные ворота так и вовсе могли выдержать удар самого настоящего тарана.

– Если ты думаешь, что это тюрьма Пурпурной палаты, – вздохнул Джек, – то это она и есть.

– Бывшая скотобойня? – припомнил я, уловив недобрую ауру этого места.

Точно – скотобойня. Длинный барак расширили и надстроили сверху еще пару этажей, но суть его от этого нисколько не изменилась. Туда и сейчас приводили на убой, только теперь уже не скот, а людей.

– Именно.

– Раз так, там должна быть канализация, – недобро усмехнулся я. – Нанесем им ответный визит вежливости!

– С ума сошел?! – вскинулся Пратт.

– Тише ты! – Я утянул его в подворотню и успокоил: – Не беспокойся. Не сейчас.

– Это безумие! – встряхнул меня Джек. – Чистой воды безумие!

– Когда это его останавливало? – хмыкнул Хмурый.

Я отмахнулся от подручного и попросил:

– Джек, подними планы катакомб, мне надо знать, можно ли пробраться под землей.

Проникнуть на скотобойню через Пустоту нечего было и пытаться. Слишком уж явно веяло оттуда Тьмой. Точно не пробиться.

Рыжий уставился на меня как на умалишенного:

– Зачем тебе это, Себастьян?! Умом тронулся?

– Там Берта.

– О, Святые! – обреченно протянул Пратт. – Ты ведь не отступишься, да?

– Не отступлюсь, – подтвердил я.

– Упертый баран! – с чувством выругался Джек, раздраженно махнул рукой и зашагал прочь. – С утра все будет, – не оборачиваясь, бросил он и скрылся во тьме.

– А ты что думаешь? – спросил я у подручного.

– Самоубийство, – прямо заявил головорез.

– Вовсе нет, если все сделать правильно.

– Без меня, Себастьян, – отрезал Хмурый. – Я это уже проходил. Когда люди вроде нас забываются, дело кончается большой кровью. А я хочу дожить до старости.