Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

 – Ты поэтому и наконечники показал, да?

Лучник явно имел в виду случай в Ольнасе, когда ему пришлось упокоить Высшего, поэтому я поспешил его успокоить:

– Тут совсем другое.

– Да ну?

– Именно.

Дверца неожиданно распахнулась, и к нам забрался Клаас. Следом влез Хмурый, а когда на подножку вскочил Ловкач, лошади ускорились, и карету немилосердно затрясло на разбитой мостовой. Сразу стало тесно; Дега поерзал, устраиваясь между головорезом и мошенником, положил свой обтрепанный планшет на колени и возмутился:

– Уговаривались же встретиться в «Сломанной марке»! – Он выудил из жилетного кармана часы, откинул крышку и добавил: – И уже четверть часа назад.

– Пришлось задержаться, – не обратил я внимания на упрек помощника, – поэтому сразу выдвигаемся в порт. Или тебя что-то не устраивает?

– Нет, ничего, – втянул Дега голову в плечи.

– Вот и замечательно. Что нового по убийству Живица?

Хмурый молча указал на Клааса, и Эдвард Рох даже подался вперед, приметив силуэт сведенной татуировки на тыльной стороне ладони головореза. Пришлось пихнуть его в бок.

– Ну? – поторопил я помощника.

– Это дело рук Попрошайки, – огорошил меня тот неожиданным известием.

Я озадаченно покрутил головой и потребовал:

– Обоснуй.

Дега сглотнул и забарабанил пальцами по кожаной обложке писарского планшета.

– Надежный человек видел, как Юлиус ошивался поблизости накануне, – наконец сообщил он. – Наверное, тайно вернулся в город.

– Клаас, твой информатор не мог ошибиться?

– Нет.

Я хмыкнул и не стал распространяться о том, что собственными руками отправил мерзкого старикашку в Бездну. Вместо этого многозначительно произнес:

– Господин Юлиус сам выбрал свою судьбу. – И посмотрел на помощника. – Все ясно?

– Ясно, – кивнул Клаас. – Я обо всем позабочусь!

– Вот и замечательно, – улыбнулся я и хрустнул костяшками пальцев. – А теперь расскажи: что за проблемы с опиумом?

Дега раскрыл планшет, отлистал нужную страницу и доложил:

– Из оговоренных девятисот бочонков прибыло только шестьсот.

– Дай сюда! – Я отыскал переписанные расчеты покойного Фаре и повел пальцем, производя нехитрые вычисления. – Все не так плохо, – объявил под конец. – По крайней мере проценты по банковскому займу мы покрываем.

– Но сами остаемся ни с чем, – уныло произнес Дега, и физиономия его вытянулась, будто у обиженного ребенка.

– Зато репутация не пострадает.

Но репутация репутацией, а неприятных вопросов нашим пахартским поставщикам не избежать.

Дальше ехали молча.