Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

 – Так в чем вопрос?

– Вот эти наколки, – выставил Джек вперед согнутые в локтях руки, – набивал мастер-татуировщик ордена Изгоняющих.

– Знакомая техника, – подтвердил Эдвард.

– Одному моему подчиненному кто-то изменил узор, добавив дополнительные элементы. – Пратт взял перо, макнул его в чернильницу и набросал на бумаге упрощенную схему. – Вот смотри, здесь в гектограмму вписали пентакль, рядом пририсовали непонятную загогулину, и чуть выше была фраза, как у тебя на запястье.

– Эта? – уточнил лучник.

– По крайней мере очень похожа, – пригляделся Джек. – Да, точно она.

– Очень интересно, – хмыкнул Рох и спросил напрямую: – Так чего вы от меня хотите?

– Нам нужно отыскать татуировщика.

– Почему бы просто не спросить о нем у этого самого подчиненного? – удивился Эдвард. – Вы очень хорошо умеете расспрашивать, – припомнил он нам былое.

– Мертвеца не разговорить даже мне, – вздохнул я.

– Он мертв? – уставился на меня лучник. – А тело?

– В морге.

– Мне нужно тело.

– Хочешь его осмотреть? – задумался Джек. – Могу устроить.

– Не осмотреть. Я хочу получить его тело.

Пратт уставился на лучника как на умалишенного.

– Совсем сбрендил? – покрутил он пальцем у виска.

– Подожди, Джек, – попросил я. – Эдвард, зачем тебе тело?

– Пополнить коллекцию татуировок, – как нечто само собой разумеющееся выдал Рох, распахнул один из шкафов и вытащил из него огромный альбом.

– Ну-ка стой! – насторожился я, заметив на верхней полке деревянную болванку, на которую была натянута не шляпа, а человеческое лицо. – Это что еще за пакость?

– Трофей из Пахарты, – спокойно ответил Эдвард. – Ты знал, что язычники умеют воровать чужие лица? Снимают их с людей, а они какое-то время остаются живыми.

Меня от не самых приятных воспоминаний аж передернуло.

– Видел подобное, – сообщил лучнику и нахмурился. – Твоя работа?

– Говорю же: трофей, – усмехнулся Рох, закрыл шкаф и переложил альбом на стол. – В последнюю поездку довелось пообщаться с одним языческим жрецом; крайне интересный собеседник был, жаль, умер быстро.

Тут Пратт закончил набивать табаком трубку, спрятал кисет в карман и раздраженно спросил:

– Может, уже делом займемся?

Эдвард пожал плечами и раскрыл альбом.

– Дышите в сторону, – потребовал он. – Сочетание перегара с трупной вонью действует на меня угнетающе.

– Надеюсь, не будешь против, если я закурю? – пыхнул Джек дымом, раскуривая трубку выуженным из камина угольком.

– Не буду, – ответил Рох, перевернул лист тончайшей полупрозрачной бумаги и с гордостью продемонстрировал нам неровный кусок кожи, с вытатуированным на ней синим пауком-сироткой.