Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Бесов праздник, да парень выбирал именно те столы, за которыми предпочел бы играть я сам! Но меня смущали развешенные на стенах зеркала, а он чего привередничает?

Неужто по этой самой причине?

Но тогда…

Боясь спугнуть удачу, я сбежал на первый этаж, подскочил к допивавшему очередной бокал молокососу и лихорадочно затряс его руку.

– Потрясающе, просто потрясающе! – не дав опомниться ни ему, ни спутнице, заголосил я на весь зал. – Это просто невероятно! Просто удивительное мастерство! Мастерство, достойное восхищения! Не понимаю, как я мог упустить виртуоза такого уровня! Браво, маэстро!

Парень удивленно разинул рот, а вот девушка моментально пришла в себя и чарующе улыбнулась:

– Мы недавно приехали в столицу… – На щеках у нее залегли очаровательные ямочки, глаза просто искрились от счастья.

Чувствуя, как бегут по спине мурашки, я еще несколько раз встряхнул вялую ладонь игрока, потом отпустил его и обвел рукой переполненный зал:

– Полагаю, вся почтенная публика собралась здесь с одной лишь единственной целью – посмотреть на вашу фееричную, не побоюсь этого слова, игру. Так давайте устроим праздник, игру века с невероятными ставками! – Я так усердно растягивал в улыбке уголки рта, что у меня заболело лицо. – Ваш выигрыш против аналогичной суммы игорного дома. Что скажете?

Девица лукаво облизнула губы и мягко произнесла:

– А разве вы владелец этого заведения?

– Я его коллега по игорному делу, – честно сознался я. – В случае вашего выигрыша предлагаю продолжить игру в «Рваном парусе». И приглашаю почтенную публику последовать за нами!

– В карты? – слегка заплетающимся языком произнес паренек. – Играть в карты?

– Разумеется! Классика, без всяких новомодных извращений.

– А давайте! – Паренек отставил пустой бокал и посмотрел на спутницу: – Так, дорогая?

– Так, любимый, – ответила та.

– Ждите, сейчас все организую, – пообещал я.

– Минутку! – Игрок вцепился в лацкан моего камзола и, дыша густым перегаром, спросил: – А здесь не подают ничего более забористого? Я бы с удовольствием употребил что-нибудь с родины моей ненаглядной… Ну, вы понимаете…

– Уверены? – озадачился я.

Зрачки паренька оказались сильно расширены, в них явственно поблескивало недалекое безумие. Вязкое, липкое, пугающее.

– А что в этом такого? – простодушно захлопала длиннющими черными ресницами девица. – Мы будем вам очень признательны…

– Не проблема, – пожал я плечами. – Но не на людях, хорошо? Что насчет бара на втором этаже?

– Здесь есть бар? Отлично! – обрадовался парень и потащил свою спутницу к лестнице."

"Я проводил странную парочку задумчивым взглядом и не удержался, чтобы не вытереть ладонь о полу камзола. После поднялся в кабинет хозяина игорного дома, написал записку и вручил ее Ори.