Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Одну за другой он начал переворачивать карты, и при виде каждой последующей картинки лицо усача все больше и больше наливалось дурной кровью.

Пентакль. Палач. Девка. Жулик. Бес.

Ну надо же! Побил.

– Ах ты шулер! – вскочил Дрозд со стула. – Да я ж тебя!..

– Но-но! – погрозил ему пальцем фокусник. – Предупреждал, что мне повезет, не так ли? Уговор дороже денег!

– Знаешь, Гуго, – очень спокойно произнес я, – ты мне как отец. Но, если еще раз выкинешь что-нибудь подобное, придется тебя покритиковать. Возможно, что и до смерти.

– Так это ты стражников подговорил! – охнул Валентин. – Совсем из ума, старый, выжил?

– Да ладно вам, – фыркнул сгребший выигрыш фокусник. – Я полностью контролировал ситуацию.

– Иди ты! – выругался усач. – Командир, ну он, вообще…

– Чтобы это был первый и последний раз. – Я наполнил кружку остатками вина, в несколько глотков влил его в себя, смывая мерзкий привкус страха, и поднялся из-за стола. – Хорошо посидели, но пора и честь знать. Гуго, расплатись.

– Хорошо посидели? – поспешил за мной Дрозд. – Да меня чуть кондрашка не хватила! Меня так со времен битвы при Роневе не трясло!

– Ты не был при Роневе! – нагнал нас безмерно довольный собой фокусник. – Не заливай!

– Разве я сказал, что был? – огрызнулся Валентин. – Я сказал, с тех самых времен, тупица!

– Тупица не тупица, а тебя обобрать ума хватило.

– Ах ты, сволота!

– Хватит! – рявкнул я. – Достали! Можно хоть немного помолчать?

– Чего-то командир сильно не в духе, – пихнул Валентин фокусника. Тот кивнул, и дальше мы шли в полной тишине.

Но один бес – настроение не улучшилось.

Да и с чего бы?

2

На следующий день я проснулся уже после полудня. Какое-то время провалялся в полудреме, потом выскочил из фургона, умылся, вытерся висевшим тут же полотенцем и вернулся за одеждой. Натянул штаны, рубаху, зашнуровал ботинки и первым делом отправился к костюмеру, подрабатывавшему для своих еще и цирюльником.

Пока подравнивали и подкрашивали в черный цвет бороду и отросшие волосы, перекинулся парой слов с цирковым старшиной, затем получил свою порцию булькавшей на костре похлебки и понял, что больше до вечера заняться-то и нечем.

Решил, пока есть время, составить донесение. Помучившись с шифровальной таблицей, накропал послание Малькольму Паре, дал подсохнуть чернилам и сунул его в потайной карман.

На душе было неспокойно. Нет, не из-за дурных предчувствий, просто никак бес не успокаивался. Ворочался, тянул, отравлял. Цельную ночь всякая муть снилась. Кровь, смерть, выдавленные глаза, выбитые зубы…

Чтоб его!"

"Вот иду по мосту – и подальше от ограждения держаться стараюсь! А то нечистый под руку толкнет, и сигану головой вниз. И хорошо, если камень на шею не привяжу заранее.