Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Стиснув зубы, переложил три стрелы в тул, сплошь изукрашенный странными письменами, и захлопнул сколоченный из толстенных досок ящик. Потом, стараясь не помять оперение, закрыл тул специально по такому случаю изготовленной крышкой и с облегчением вытер выступивший на лбу пот – тьма билась внутри, но дотянуться до меня больше не могла. Вот и здорово.

– Взял? – на всякий случай уточнил Рауль, запирая дверь подвала.

– Взял, – кивнул я, поднялся на первый этаж и спросил у караульного: – Рох во двор не выходил?

– Не было пока, – покачал головой один из подчиненных Пьера.

– Как думаете, – обернулся я к спешившему вслед за мной графу, – если мы Высших отстреливать начнем, Довлас на нашу сторону переметнется?

– Это вряд ли, – пригладил светлые усы Рауль. – Какой им с того прок? Герцогиня свою игру ведет, она спит и видит, как бы на Тирош лапы наложить.

– А Ланс союзниками вполне может пожертвовать, чтобы передышку получить…

– Запросто. Поэтому зевать не стоит.

– Эдвард! – окликнул граф спускавшегося со второго этажа лучника. – Быстрее!

– Не кричите, пожалуйста, – поморщился тот. – И так голова раскалывается.

– Пошли давай…

Мы вышли на крыльцо, и я сунул Эдварду вытащенную из тула стрелу.

Тот повертел ее в руках и поспешил вернуть обратно:

– Жжется.

– Стрелять сможешь?

– Смогу.

– Вот и здорово, – обрадовался явно не до конца веривший в действенность нанесенных слепым экзорцистом татуировок Рауль. – Все, по каретам.

Поездка к городской стене по пустынным улицам города много времени не заняла, уже буквально минут через десять карета остановилась на небольшой площади неподалеку от громады надвратной башни. Неподалеку дожидался своего часа оставленный в резерве отряд тяжелой кавалерии, прямо у ворот в огромных чанах разогревали смолу, из подъезжавших телег выгружали связки стрел и арбалетных болтов, а на стены вереницы ополченцев волокли корзины с камнями и тяжеленные бревна.

Ругань сержантов, крики офицеров. Несколько монахов, будто распеваясь, затянули нескончаемое песнопение; рысцой пробежал звякавший доспехами отряд пехотинцев. Суета, в общем. Суета и суета сует."

"– Нам куда? – вслед за Раулем выбрался я из кареты.

– Пошли, – потянул он меня за собой.

К графу незамедлительно присоединилось четверо марнийских офицеров, а потому никому из караульных и в голову не пришло воспрепятствовать нам войти в башню и по винтовой лестнице подняться на стену.

– Сюда! – пригласил нас в рондель один из сопровождающих.