Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

 – Узнаю тайную службу…

– Так и есть, господин граф, – улыбнулся в ответ я, как бы невзначай приглядываясь к собеседнику.

Молодой, приятной наружности, лицо открытое и честное. Глаза голубые. Волосы светлые, усы и вовсе выгорели на солнце до белизны. Ростом с меня, но в плечах даже шире. И вместо дурацкой церемониальной сабли на поясе в потертых ножнах прямой меч с чашеобразной гардой.

– Рауль, просто Рауль, – хлопнул меня по плечу граф. – К чему пустые формальности? Себастьян Март, если не ошибаюсь?

– Не ошибаетесь, – кивнул я, приметив на пальце не придающего значения формальностям Рауля золотой графский перстень с родовым гербом. Ну-ну…

– Так вот, Себастьян, – указал шеф дворцовой охраны на экзорциста, – если в команду затесался бесноватый, получится ли его обнаружить?

– Все зависит от навыков того, кто будет этим заниматься, – пожал я плечами.

– Бернар – один из самых опытных экзорцистов ордена Изгоняющих, – подошел к нам Чесмарци, который наконец оставил в покое отправившегося проверять ход погрузки провианта капитан-лейтенанта.

– Тогда опасаться нечего, если только…

– Если только что? – тут же зацепился за недосказанность фразы Рауль.

– Если только на борту не окажется марионетки.

– Но вероятность этого настолько мала, что может не приниматься в расчет вовсе, – самодовольно заявил Виль.

– Именно, – согласился с ним я.

Раздалась трель боцманской дудки, команда начала потихоньку выстраиваться на палубе. К ним присоединились отправляющиеся в плавание пехотинцы, и Бернар поднялся с колен.

– Все собрались? – огляделся по сторонам Виль Чесмарци. – Господин Шилоне?

– Да, можно начинать, – заложил руки за спину заметно нервничавший капитан-лейтенант, который в своем василькового цвета мундире с темно-зелеными обшлагами и зеленой же треуголке выглядел сущим мальчишкой. Другой бы в таком наряде бывалым моряком смотрелся, а этот воробей воробьем. Кто-то подсуетился и решил любимого племянника наверх через пару чинов протолкнуть?

Приставы надзорной коллегии начали перекличку, внимательно сверяя внешность каждого моряка с полученным от флотских контрразведчиков описанием, а экзорцист принялся разжигать стоявшие в вершинах лучей пентакля свечи. Как ни странно, несмотря на легкий ветерок, зеленоватые огоньки горели, ничуть не трепыхаясь. По палубе тут же начал распространяться запах благовоний, кто-то закашлялся.

– Ну, сейчас начнется… – выдохнул сквозь сжатые зубы Виль Чесмарци и стиснул кулаки. Волнуется? Да оно и не мудрено. Если на борту окажется бесноватый, то это не только Пратта недочет, это недочет, по большому счету, всей надзорной коллегии.