Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Вместо этого уставился на бледного, словно мел, посредника: – Похож?

– Похож…

– Бесов праздник! – Ричард Йорк сунул лист бумаги в камин, и лопоухая физиономия господина Эдвартона, моментально занявшись огнем, прогорела в прах.

– Что-то не так? – забеспокоился старший гвардеец.

– Все не так. – Рыцарь зашел Антуану за спину и одним резким движением свернул ему шею. – Вывезите за город и утопите в болоте. Так, чтоб не всплыл…

– Будет исполнено, ваша милость, – не подал виду, что удивлен странным приказом, гвардеец.

– И ни слова никому, – предупредил напоследок парня Белый рыцарь и покинул комнату."

"Истина может быть страшней огня и острей клинка. Зачастую она куда опасней самой изощренной лжи и, ко всему прочему, – никому не нужна. Да если и нужна… Ричард Йорк в любом случае не собирался нарушать данное герцогине обещание. К тому же он нисколько не сомневался, что секретарь посольства лишь мелкая сошка, карта, которую без всякого сожаления отправят в отбой, а всю эту игру затеял совсем другой человек. И вот с ним-то Белый рыцарь дал себе слово свести счеты при первой же возможности.

Оставалось только найти ответ на один-единственный вопрос: как, бес их забери, защитникам Нильмары удалось прикончить Высшего?

Глава 7

Экзорцист. Проклятый металл

Месяц Святого Себастьяна Косаря

IЧрезмерное пристрастие к вину никого еще до добра не доводило. И даже если повезет в крепком подпитии не натворить глупостей, самочувствие поутру наверняка оставит желать лучшего. Сухость во рту, тошнота, головная боль – самое обычное дело после затянувшихся за полночь веселых гулянок. Правда, иногда все же случаются счастливые исключения – мне вот повезло отделаться пересохшей глоткой.

Первое, что я сделал, проснувшись, – дал себе зарок завязать с выпивкой. Потом потихоньку выпростал руку из-под миленькой шатенки, перегнулся через прижавшуюся с другого бока не менее симпатичную блондинку и потянулся за кувшином с вином. Но когда пальцы уже ухватили шершавое горлышко, как-то враз стало ясно, что причиной пробуждения явилась вовсе не жажда. И даже не проскользнувший через неплотно задернутые занавески на окнах лучик поднявшегося над крышами домов солнца.

Спросонья разобраться в дурном предчувствии не удалось, только интуиция в голос вопила: мол, дело – дрянь. А в таких вещах она ошибалась редко. Если не сказать – крайне редко…

Не ошиблась она и на этот раз: мгновение спустя с грохотом отлетел засов на входной двери и в комнату ворвался крепыш в уже знакомом мне сером сюртуке. Ворвался – и тут же рухнул на пол, словив в голову увесистый глиняный кувшин.